Судьба принцессы полностью

…Элиэн заглянула к нему в обед — ничего необычного, она часто так делала, и Вадерион бы соврал, если бы сказал, что ему не нравятся эти случайные визиты. Будь его воля, он бы вовсе не отпускал своего котенка, но дела Империи отнимали почти все его время. И все же как бы сейчас он не был занят, он радовался ее присутствию: один ее взгляд голубых глаз заставлял его мысленно улыбаться и забывать обо всех тех идиотах, что писали ему письма, отчеты, создавали проблемы и плели свои дурацкие заговоры. Но сегодня что-то было не так с его хес’си — он понял это сразу. За прошедшие года они уже неплохо научились понимать друг друга без слов.

Элиэн молча подошла к нему, обняла со спины, прижимаясь лбом к его затылку и погладила по плечам. Вадерион удивлялся все больше и больше, впрочем, не показывая этого. Его котенок никогда так просительно к нему не ластилась, она всегда сама получала, что хотела — он и так готов был отдать ей все, что имел, — а подлизываться она и вовсе не умела. Однако сейчас она явно чувствовала себя неуверенно — ситуация почти позабытая для них.

— Я жду ребенка.

Вот и все…

…— Мы полностью восстановим, — закончил последний из докладчиков. Повисла та самая полная надежды тишина, когда все присутствующие чиновники — числом в три дюжины — готовы были, как дети, сигануть со своих мест и исчезнуть в неизвестном направлении, только бы не попадать больше под взор Императора. Ну а Вадерион уже больше суток думал лишь об Элиэн и вести, что она принесла вчера.

— Лорд Кав’сари, в своем отчете вы упомянули…

Все присутствующие упали духом, с самым обреченным видом наблюдая за тем, как Император потрошит одного из них за другим. Не слушал он.

Отпустил Вадерион своих убитых (тоже в переносном смысле слова) подданных лишь к ночи. Луна уже давно поднялась в темное небо, когда он вернулся в супружескую спальню. Прошлая бессонная ночь уже начинала давать о себе знать, однако Вадерион мог еще проработать с неделю прежде, чем усталость возьмет свое.

На огромной застеленной черным шелковым бельем постели лежала одинокая фигурка с копной вьющихся каштановых волос. Вадерион осторожно присел на край кровати и провел самыми кончиками пальцев по непослушным волосам хес’си. Словно она была хрустальная, невесомая и вот-вот могла исчезнуть. Прошло пять лет с той памятной ночи в зимнем лесу, когда она дала свое согласие — добровольно и от сердца. И вот Тьма уже подарила им дитя.

Когда дверь спальни бесшумно закрылась за ним, Вадерион тихо позвал:

— Тейнол.

Тень тут же воплотилась из ночного мрака.

— Усиль охрану Элиэн. Я переговорю с супругой, она не будет больше выезжать в Меладу, но по замку ты должен обеспечить ей полную защиту. Это первостепенная задача.

Тейнол молча выслушал приказ, и лишь в его багровых глазах мелькнул вопрос.

— Да, — чуть мягче добавил Вадерион, — Элиэн ждет ребенка.

— Поздравляю.

— Лучше бы ты так работал, как улыбаешься, — огрызнулся Император и тут же извинился: — Ты хорошо исполняешь свои обязанности.

— Это мой долг. И я тебя понимаю. Не переживай, с Императрицей все будет хорошо, мы позаботимся о ней.

Чашка выскользнула из ее рук, но прежде, чем она с грохотом разбилась бы об пол, Вадерион легко подхватил ее и поставил обратно на стол.

— Опять плохо?

— Нормально, — зло процедила Элиэн, складывая руки на груди. — Вадерион, ребенок — не болезнь, не надо так сгущать краски.

— Хорошо, — послушно согласился он, чем вывел ее из себя еще быстрее.

Она гневно посмотрела в чашку.

— Я не хочу чай.

— А что ты хочешь?

— Кофе и много. Дай сюда свою чашку.

— Я прикажу слугам принести тебе…

Договорить он не успел: на ее глазах уже стали выступать слезы, а взгляд стал не столько гневным, сколько обиженным.

— Неужели ты не понимаешь, что я хочу кофе из твоей чашки!

— Держи, — он вновь послушно выполнил ее каприз, чем опять не на шутку разозлил супругу. Едва сдерживая слезы, она забрала у него чашку. Почему все так плохо⁈