В возрождаемой сейчас Троице-Благовещенской пустыни, в глубине нынешней Вологодской области, многие укрывались в пору Смуты от войск интервентов. Но местный подвижник святой Ефросин в какой-то момент всем сказал бежать, предвидя, что войско захватчиков вскоре придет и в это место. Сам же вместе с иноком Ионой остался, не хотел нарушать обета жить и умереть в обители. Ворвавшись в пустынь (буквально на следующий день), поляки увидели Ефросина, молившегося перед крестом. Их интересовали монастырские сокровища – и подвижник указал им на единственное, по его мнению, сокровище: храм Богоматери. Тогда один из ворвавшихся ударил преподобного по шее мечом, рассек ему голову – но тот еще оставался в живых. Не найдя сокровищ, захватчики добили Ефросина, разбив череп чеканом. Инока Иону убили вместе с преподобным.
Великий Новгород. Шведы долго не могли взять здесь дом на Торговой улице, который обороняли протоиерей Софийского собора Новгорода Амос со своими друзьями. Не справившись с мужественными защитниками, шведы подожгли дом со всеми, кто в нем находился.
Псков. В Смутное время здесь жил преподобный Иоанн Псковский – малоизвестный святой, совершавший при этом удивительный подвиг: 22 года он жил в крепостной окружной стене Пскова, ел мало, молился и предупреждал грядущие на город беды. А от скольких оградил город своей молитвой!
Иринарх Ростовский – к нему в Ростовский Борисоглебский монастырь за благословением приезжали лидеры ополчения: Михаил Скопин-Шуйский, Дмитрий Пожарский, Кузьма Минин. Почти 30 лет Иринарх жил в затворе. Сохранились и место его подвига, и тяжелые вериги, которые он носил. В 1611 году к Иринарху пришел Сапега. О чем лидер интервентов говорил со святым, никто не знает, но обитель после этого разговора Сапега не тронул.
Попытки осмыслить причины Смуты начались сразу же после ее окончания. Переживший Смуту и интервенцию шведов в Новгороде дьяк Иван Тимофеев написал свою книгу-анализ «Временник»: в Смуте он винил само общество. Виновато оно было в «бессловесном молчании». В том же – в «безумном молчании» – винил народ и летописец осады Лавры Авраамий Палицкий.
Популярнейшей книгой века стал анонимный трактат «О причинах гибели царств». Его автор пытается вывести формулу идеального государства и понять условия, при которых это государство разрушается. Условия ясны:
«Хотя и не делаетца ничто на свете без воли и без суда Божия, совершение того суду Божия исполняетца за грехами и злобами человеческими, которые делают люди, розлучаяся з Богом».
Итак, «грехи» и «злобы» людей – вот главный источник «падения царств». Внешние причины – плохие власти, курсы валют, враги, экономика, климат… все что угодно – не способны разрушить страну, если в душе народа есть «духовные силы» к ответам на вызовы, а если их нет, то народ начинает винить кого угодно, кроме себя самого.
Спустя почти четыре столетия, в 1968 году, очень точно про эту причину «гибели царств» скажет Булат Окуджава:
Может, поэтому «Временник» Ивана Тимофеева требовал и запрета на введение иноземных обычаев. Ведь иноверцы в Кремле стали финалом, а началом было воцарение чуждых нравов, обычаев и законов в сердцах людей. Вечное русское увлечение Западом. А когда мечта элит сбывается и Запад приходит на русскую землю – происходит взламывание страны. Агрессия интервентов времен Смуты настолько глубоко врезалась в сознание русских людей, что еще долго сохранялась идея, высказанная в трактате:
«И то таково же не приносит доброго конца в государстве, коли обычаи иноземские в государстве приимают».
Про это же спустя несколько веков, тоже в стихах и тоже очень емко, скажет Грибоедов устами Чацкого:
Между Смутой XVII века и революцией 1917 года много общего, разница лишь, наверно, в степени обезверивания людей: сейчас, в XVII веке, люди все же худо, но ощущали себя православными. На этом ведь и сломалась польская экспансия – им стали сопротивляться тогда, когда пришло всеобщее осознание того, что интервенты могут принести с собой католичество. Именно поэтому призыв патриарха Гермогена нашел такой отклик. В ХХ веке этой закваски уже не было в народной душе, и ничто не остановило страну от полного разрушения.
В разгар Гражданской войны, 2 марта 1919 года, в Прощеное воскресенье, совпавшее с днем памяти святителя Гермогена, Святейший Патриарх Тихон после Литургии в храме Николы Явленного на Арбате напоминал народу слова святого Гермогена: «Спасение Руси – от Церкви Православной».