Заведующая имела обыкновение называть директора издательства Георгия Андреевича Анджапаридзе уменьшительным именем, что лично меня всегда коробило. Терпеть не могу панибратства.
«Так, значит, том Вержилио Феррейры снимается с…»
Не дав мне договорить, она тут же сказала:
«Да, снимается, но по тому Феррейры, сданному в производство, с тобой будет произведен полный расчет, тем более что ты уходишь на вольные хлеба».
Много позже, желая всетаки издать подготовленный том «Избранных произведений» Вержилио Феррейры, я обратилась в молодое, но уже мощное издательство «АСТ», с которым начала сотрудничать с 2001 года и где в 2002 году у меня вышел в свет том Жозе Марии Эсы де Кейроша в серии «Мировая классика».
Издать том Эсы де Кейроша, в который вошли роман «Кузен Базилио», повесть «Мандарин» и последний, посмертно опубликованный в 1900 году роман «Город и горы», я предложила издательству «АСТ» бесплатно. Время, как я уже писала, на классику не работало. Да и мой перевод целиком, был оплачен Португалией, а само издание — поддержано Институтом Камоэнса, о чем свидетельствует логотип института на обороте титула книги. На целлофанированной обложке тома (да, да, я ведь не целлофанированную обложку как таковую ругала в конце девяностых, а то, что на ней было изображено!) в левом ее углу красовался элегантный Эса де Кейрош с бутоньеркой в петлице, а ниже, почти на всю полосу, была дана картина Эдуара Мане, его современника. И книга разошлась очень быстро.
Так вот, по договоренности с «АСТ» я и сдала им подготовленный в издательстве «Художественная литература» том Вержилио Феррейры, но почему-то в тот день, когда я его сдавала, договора со мной сразу не заключили. Вполне возможно, того, кто должен был подписать договор, в издательстве в тот день не было.
«Лето! Отпуска», — сказала мне редактор, очень милая деловая женщина.
Но прошло лето, прошли гранки, прошла верстка, и весь том «Избранных произведений» Вержилио Феррейры был возвращен мне вместе с устным отказом его печатать, поскольку теперь наша страна подписала Бернскую конвенцию, по которой публиковать произведения иностранного автора, не выплачивая ему гонорара, было можно только по прошествии пятидесяти лет со дня его смерти. А выплачивать гонорар мне и наследникам Вержилио Феррейры, к которому не известно как отнесется сегодняшний российский читатель, издатель «АСТ» просто не хотел.
Ну, на самом деле, как отнесется сегодня этот российский читатель к философским раздумьям Феррейры о человеке? Ведь сегодня философские раздумья о человеке не в цене. Да и сам человек и его жизнь ровным счетом ничего не стоят. Убивают его запросто и в жизни, и на экранах телевизоров и кинотеатров. И к этому, похоже, все привыкли. Да и воспримет ли сегодняшний читатель разговор о жизни и смерти главного героя романа, живущего в доме престарелых и стоящего на пороге в мир иной, и не с кем-нибудь, а с самим Христом, изображение которого висит у героя здесь же, в приюте, на стене его комнаты. И какой разговор!