Вошел Гэвин, а следом за ним еще четверо: Лир, Морган, Хоуэлл и Ален. Кэти смотрела на них с каменным лицом, страстно желая вернуть свой нож хотя бы на пять секунд. С Гэвином она бы не справилась, но остальные четверо были легкой добычей.
– Мы принесли воду, – коротко объявил Гэвин, пока Лир с Хоуэллом ставили ведро на пол. Казалось, Гэвин читает мысли Кэти, потому что он не выпускал нож из рук и не сводил с нее глаз, пересекая комнату.
– Сколько нам еще торчать здесь? – потребовала ответа Кэти.
– Думаю, недолго. Сейчас Роу занят, но он разберется с вами, как только освободится.
– Разве я был недостаточно вежлив с тобой, Гэв? – спросил Джонатан, и Кэти не смогла сдержать улыбку, расслышав насмешку в его голосе. – Разве мой отец не дал тебе возможность почувствовать себя избранным?
– Дело не в этом! – огрызнулся Гэвин. – Дело в том, какой город нам нужен.
Джонатан покачал головой, по его лицу скользнула тень отвращения, и Кэти заметила, что Гэвин вздрогнул. Он так ужасно хотел всем нравиться, этот Гэвин, даже тем людям, которых он предал. Причиной тому была его слабость, и Кэти посмотрела на него с нескрываемым презрением, заставив его снова вздрогнуть.
– И что же это за город? – надменно спросила она. – Город, в котором Роу всем вам приказывает, а вы бегаете перед ним на задних лапках? Неплохо он вами крутит.
– Я сам принимаю решения! – прошипел Гэвин. – А в городе Тиров никто из нас не мог этого сделать!
– Так вот что он вам сказал, – задумчиво протянул Джонатан. – Мы стоим на пути у демократии?
– Да!
Кэти хотела возразить Гэвину, велеть ему заткнуться, но не смогла. На одну единственную секунду она увидела Джонатана глазами Гэвина, глазами Роу, и внутри у нее вскипела, стремясь наружу, правда, столь же неприятная, сколь неоспоримая. Они были неправы во всем, и лишь в этом не ошиблись. Как можно говорить о всеобщем равенстве, когда вот они, Тиры, яркие, талантливые, так непохожие на других? Как можно было построить справедливое общество в городе Уильяма Тира?
Но она тут же с ужасом отбросила эту мысль.
– А как насчет вас четверых? – спросила она, повернувшись к Хоуэллу и остальным. Никто из них не решился встретиться с ней взглядом, кроме Лира.
– Мы обещали защищать город, – заявил он. – Нам нужно четкое направление. Мы должны отсечь мертвый груз.
– Мертвый груз. И что Роу планирует с нами делать?
Лир с несчастным видом посмотрел на остальных, и Кэти с тревогой поняла, что никто из них этого не знал.
– Ясно. Вы – полезные советчики до тех пор, пока не переметнетесь.
– Заткнись, Кэти! – рявкнул Гэвин. Он пнул ведро на полу, почти опрокинув его; вода плеснула через край и попала на ноги Джонатана.
– Вот поэтому я и не выбрал тебя, Гэвин, – пробормотал Джонатан. – У тебя внутри дыра, и ты готов заткнуть ее чем угодно. Качество не важно!
Гэвин поднял нож, но Лир перехватил его руку, быстро заговорив.
– Мы ведь должны были просто принести воды.
Гэвин смотрел на обоих, Джонатана и Кэти, еще некоторое время, а затем убрал нож и направился к двери.
– Идем. Они больше не наша проблема.
Кэти оскалила зубы. Всего секунду назад она была уверена, что Гэвин слишком глуп, чтобы его ненавидеть. Но при этих его словах, скрывающих пренебрежение, при мысли о том, что он может умыть руки и не вмешиваться просто потому, что ему так удобнее, Кэти почувствовала, как в мозгу взорвались огненные смерчи гнева.
– Я стану твоей проблемой, Гэвин Мерфи! – крикнула она ему вслед, когда все пятеро покинули комнату. – Ты предатель, и когда я выберусь отсюда, ты получишь по заслугам! Даже Роу не спасет тебя от меня!
Дверь за ними захлопнулась, но не раньше, чем Кэти увидела лицо Гэвина, бледное и полное ужаса. Она оскалила зубы в широкой ухмылке, а затем замок щелкнул и свет исчез.
– Восхищен твоей бравадой, – сухо заметил Джонатан. – Но эту угрозу сложно будет привести в исполнение.
– Мне плевать. Он боится Роу; пусть теперь боится еще и меня.
– Да Гэвин всего боится. Поэтому им так легко управлять. Страх правил в предпереходном обществе; отец когда-то рассказывал об этом. Целые страны закрывали свои границы и строили стены, чтобы защититься от воображаемой угрозы. Можешь себе представить?
– Да, – коротко ответила Кэти. Всего двадцать коротких лет понадобилось замечательному городу Тира, чтобы превратиться в руины. Все, что потребовалось Роу, это церковь и, как ни странно, недостаток веры. Теперь она могла представить себе все, что угодно. Она оперлась затылком о стену, прикрыв глаза. Почему-то так темноту переносить оказалось проще. – Как твой отец с ними справился?
– Он не справился. Он пытался, но в итоге, ему пришлось бежать. Это называют Переходом, но, по сути, это был обычный побег. Но и он не удался.
Его голос был совсем унылым, и это поразило Кэти в самое сердце, заставив почувствовать, что ее вывернули наизнанку. Она схватила руку Джонатана и переплела их пальцы.
– Не будь идиотом.
– Хорошо. – Голос Джонатана внезапно окреп, словно он принял какое-то решение. – Я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня.
– Что?
