Старуха посмотрела на деньги, фото, на блондинку.
— Ладно, ступай, но запомни, что грех большой берешь на себя. Грех за не рожденного ребенка.
Людмила и Дарья сидели в Софиевском парке на площади Собраний террасы Муз.
— Как я давно здесь не была. — произнесла Люда.
— Тебе надо чаще бывать на воздухе, а то кроме прокуратуры, суда и дома ничего не видишь. Малышу будет полезно, если ты чаще будешь гулять.
Подруга неожиданно вскочила.
— Дашка, я совсем забыла. Придется ехать к Руслану в часть. Я побежала.
Лялина чмокнула подругу в щеку и поспешила из Софиевки.
Старуха зажгла свечи, взяла восковую куклу в руки и начала тихонечко бормотать себе под нос.
Людмила зашла на площадку. Взвод мужа стоял по стойке смирно, а командир и капитан Лановенко громко отчитывали ребят. Увидев жену своего командира, взвод хором поприветствовал женщину.
— Снова строят?
Парни дружно улыбнулись, но промолчали.
Мужчины повернулись к Людмиле.
— Привет, мелочь пузатая. — рассмеялся Данил целуя Лялину в щеку.
— Привет, и что вы опять на ребят наезжаете?
— На них наедешь. — сказал Руслан и поцеловал жену погладив при этом округлившийся животик. — Свободны! — отпустил Ищенко солдат и снова повернулся к жене. — Что-то случилось?
— Мне нужен был Сергеевич, а потом зашла к вам. Родной, ты помнишь, что у Даши день рождение?
— Я буду вовремя.
— Надеюсь. Ой!
Девушка согнулась и схватилась за живот. Хок обхватил жену за талию.
— Что? Что такое?
— Господи как больно. Мамочка! — от дикой боли у Людмилы выступили слезы.
— Я за врачом. — произнес Данил и хотел было уйти, но увидел, что Людмила потеряла сознание, а белые брюки стали обильно покрываться кровью.
Руслан подхватил девушку на руки.
— В госпиталь, Даня, быстро. — произнес Ищенко и помчался со своей ношей в часть.
Лановенко бежал рядом не отставая от друга.
Женщина, которая встретила Людмилу на рынке зашла в дом. Пройдя по комнатам она нигде не увидела сестры. Тогда она прошла в подсобное помещение и увидела, что сестра монотонно читает держа в руках восковую куклу. Подойдя поближе старуха увидела на столе фотографию и в ту же минуту вырвала из рук сестры куклу.
— Не смей!
— Зинка, ты чего?
— Не смей делать этому ребенку. Я видела эту девочку. У нее и без тебя вся жизнь в слезах и крови. Страшная у нее судьба, сестра. Смерть и кровь друг за другом идут. Много крови. Пока они свои судьбы в одну сплетут. А виной всему мужчина и это уже скоро. Как только ребенок родится. Поэтому не смей что-то ей делать.
Старуха отвернулась от сестры и крепко держа куклу в руках стала отчитывать.
Мужчина лет сорока вышел в коридор и махнул рукой идти за ним направился в свой кабинет.
Руслан и Данил зашли следом за Фоменко и сели на диван.
— Толик, что с моей женой?
— Сейчас уже всё в порядке. Хок, была угроза потери ребенка. Кровотечение прекратилось так же неожиданно как и началось, но пусть Людмила побудет немного у нас в госпитале.
— Все так серьезно?
Мужчина присел на стол и в упор посмотрел на капитана ВВС.
— Серьезно, Хок. Моли бога, чтобы она выносила ребенка. Твоя жена в любой момент может его потерять. И еще скорее всего беременность в дальнейшем будет протекать сложно, поэтому ей нужен покой, положительные эмоции и меньше движения.
— Я понял, Толь, спасибо.
— Хок, я ещё должен кое-что сказать.
Руслан вопросительно приподнял бровь.
— Боюсь во время родов мы кого-то из них можем потерять или обоих.
Ищенко подскочил с места.
— Ты соображаешь, что сейчас говоришь?
— Я просто ставлю тебя в известность, возможно всё и обойдется. Ты пойми, у нее прекрасные показатели и что послужило причиной сегодняшнего кровотечения мы не можем найти.
Данил поднялся и положил руку другу на плечо.
— Хок, все будет хорошо.
Руслан посмотрел на друга, потом на Фоменко.
— Ни с моей женой, ни с моим ребенком ничего не случится. — отчеканил он и вышел из кабинета.
Лановенко посмотрел на врача.
— Фома, ну можно что-то сделать?
— Дань, я понятия не имею! Я только могу предположить, но то, что она не сможет разродиться как все — это 100 процентов.
Пять месяцев спустя. Людмила посмотрела на Федорова и рассмеялась.
— Борис Леонидович, я не могу. Вы не обижайтесь, но вам в цирке нужно подрабатывать.
— А на тебя пора одевать смирительную рубашку. — раздался с порога голос Руслана. — Я чуть с ума не сошел пока искал тебя.
— Я уже отчитал ее, Хок.
— Но я скоро чокнусь дома. Я не могу целый день валяться в кровати как какой-то инвалид. Я всего лишь беременная.
Ищенко подошел к жене и помог подняться со стула.
— Мне плевать можешь или нет, но тебе скоро рожать и доктор прописал тебе постельный режим.
— Борис Леонидович, ваш протеже меня совсем замучил.
Федоров усмехнулся.
— Хок это умеет.
— Леонидыч, ты хоть ей не потакай. По ней уже давно хворостина плачет.
Людмила охнула и схватившись за живот присела на стул.
Федоров подскочил с места, а Руслан схватил жену за руку. Девушка снова охнула.
— Что, маленькая моя?
— По-моему у меня начались схватки. Ой!
— Я звоню в скорую. — схватил Федоров трубку и набрал 03.
