Артем оплатил счет за электричество и ровно через двадцать минут, как подъехал к Сбербанку, выехал на указанную Малышевым точку на Южнобутовской, а потом свернул на улицу, которая поворачивала за углом дома и заканчивалась площадкой для стоянки машин. «Ауди» шла следом, держа уже дистанцию поболее, чем раньше. Сделав все, как было приказано Виктором, Артем сначала повстречался с «Ауди» а за ней с «Сузуки». Потом понял, что «хвост» отрублен, уехал к церкви и стал ждать Виктора.
Ждать пришлось минут двадцать пять, тридцать, а когда из «Сузуки» вышли Витя и Юра Тропин — бывший майор ГРУ, а после боец Московского ОМОНа, то Артем узнал следующее. Малышев, после звонка связался со своим соседом Юрой Тропиным, и тот, быстро бросив свои дела, подкатил к Витиному дому, благо, Юра работал рядом, в автосервисе «Хонда», и уже через десять минут сообщил о своем прибытии.
Пропустив встречный «Лексус», после разворота Артема за домом, они последовали за «Ауди», которая быстро развернулась в тупике и пошла за «Лексусом». Виктор почти перед ее носом перегородил дорогу своей черной «Сузуки». Они с Юрой вышли из машины и стали поднимать капот. «Ауди» остановилась, быстро распахнулась дверца переднего пассажира, и из машины вышел среднего роста молодой человек в черных очках и сразу начал кричать:
— Уберите на хрен свою машину с дороги.
— Сейчас, минуту, — спокойно ответил Виктор. — Хотели развернуться, да заглохли.
— Я что, непонятно сказал, заводите и проезжайте вперед.
— Куда вперед, на газон?
— Куда хотите, только дайте дорогу, — орал мужчина в очках, подходя вплотную к Виктору.
— Что, не видишь, двигатель заглох при развороте.
— Какой разворот, быстрей заводи машину и убирайся с дороги.
Юра, стоящий рядом с Виктором, сказал:
— Если без мата не получается, то тогда покажи свои права, чтоб так наезжать. Молод еще на нас так гавкать.
Мужчина вытащил из бокового внутреннего кармана удостоверение и ткнул им почти в лицо Юре.
— Да, но я фамилии не разглядел.
— Соколов! Баран, читай повнимательней, капитан Соколов, милиция.
Виктор закрыл капот. В это время из «Ауди» вышел второй молодой человек и устремился на помощь своему напарнику.
— Ну и чего тут за базар? — сказал он хриплым голосом.
— А ничего, вот капитан Соколов нас воспитывает, а мы уже и отъезжаем. Милицию надо слушаться, а то еще заберут, — улыбаясь, говорил Юра. — Вы тоже милиционер? — обратился он к водителю.
— Да! Садитесь в машину и с дороги.
— Все, уезжаем, — сказал Виктор, а сам стоял, не двигаясь, рядом с Юрой.
— Мужики, вы знаете, что такое растяжки, блокпосты и фугасы? — спросил вдруг Юра.
— Ты не парь мозги, а садись в машину и уезжай, — сказал, уже злясь, капитан Соколов.
— Не знаете этих слов, господа милиционеры, а мы знаем их по Афгану и Чечне, и, чтобы долго вас не задерживать, просим подойти к жопе вашей машины и, заглянув чуть снизу, увидеть там мину, просто «липучку».
Малышев говорил так уверенно и четко, что оба сотрудника милиции были вынуждены выслушать, а потом водитель неуверенно пошел за Юрой к багажнику своей машины. Юра нагнулся и показал пальцем, где к днищу кузова была прикреплена коричневая коробочка.
— Что это? — спросил водитель.
— Это мина, — спокойно сказал Юрий.
К ним подошли Малышев и капитан.
— Вы что, мужики, в натуре или так шутка? — спросил Соколов.
— Нет, капитан, это не шутки, когда за нашим другом, который этого не заслуживает, на «хвост» упали менты. Вы хоть знаете, за кем следите?
— Какая разница?
— А такая, что мы сейчас уедем, а вы взлетите вместе с машиной вашей или есть второй вариант, выслушайте наше предложение, и мы разъедемся и снимем эту смертельную тварь, — сказал Малышев.
Соколов при его последних словах интуитивно попятился назад.
— Только без оружия, а то у нас и свое имеется. Так что говорим и разъезжаемся, или что-то будет скоро не очень приятное и для вас, и для нас, а мы деды отчаянные, нажимаем на кнопку — и все, — опять улыбаясь, сказал Юра Тропин.
— Хорошо, что хотите?
— Вы знаете, за кем ведете наблюдение?
— Не очень.
— Тогда я вам объясню. Это полковник Шмелев, наш боевой друг, один из сотни других, кто прошел Афган и Чечню, он ничего плохого никому не сделал, это глубоко порядочный человек, а вы, наверное, и не знаете, что год назад у этого человека убили, а перед этим зверски замучили дочь, убили внучку и зятя.
— Всех сразу? — спросил Соколов.
— Всех, капитан.
— А кто, известно?
— Известно. Узбеки, гастарбайтеры, — ответил Малышев.
Соколов опустил голову:
— Да, я об этом убийстве слышал. Мы не знали, что это отец.
— Вы передайте тому, кто вас послал, и выше, если они не прекратят эти наезды на Шмелева, а также не будут нормально заниматься расследованием, то эти мины будут боевыми и будут взрываться. Нам терять нечего, а в обиду своего друга и боевого товарища мы не дадим. Так и передайте, и еще, не пытайтесь нас вычислять. Лучше подключитесь к расследованию, если возможно, а не сберегайте задницу ваших полковников.
