– Какой-нибудь наркоман. Или бездомный, – быстро сказал Кайл, очень надеясь, что вышло правдоподобно.
– Откуда ты знаешь? Он местами просвечивал. И где он прятался? Ты об этом думал? Мы ведь все осмотрели.
– Антресоли мы не трогали. Он мог быть там.
– Ну может быть. Но мы бы услышали, как он спускается. Может, это голограмма? И Макс над нами издевается?
– Хрен знает. Но, если… если там правда что-то было, мы такой материал не бросим ни при каких обстоятельствах. Давай. Собирайся.
– А Макс что говорит?
– Он хочет посмотреть на американские съемки, а потом подумать. Ему пришлось ехать на похороны Сьюзан.
– Удобно. Думаешь, он врет?
– Сложно сказать.
– Почему он хотел, чтобы мы основной упор сделали именно на паранормальные явления? Может, он думал, что мы что-нибудь найдем? И вот пожалуйста – странностей столько, что голова взрывается.
Кайл видел, как Дэну страшно. Он снова поколебал хрупкую уверенность друга. Не стоило показывать ему эту штуку в шкафу или тогда, в Кане. Правда, обманывать его тоже было плохо, хотя такая мысль приходила Кайлу в голову. Он попытался разрядить обстановку:
– Ну вообще-то это же наша тема. Мы – спецы по странностям. Так что смысл есть. Если подумать.
– Так Макс мог бы сказать. А мы лезем во что-то очень стремное, и…
– Надо делать больше дневников, – перебил его Кайл. – Про то, что творится вне съемок. Про то, как мы случайно оказались внутри истории из-за того, что раскопали реально странный материал. Макс этого не увидит до финальной версии. Так безопаснее.
– Я сегодня перечитывал контракт. Он вообще не хочет упоминания своего имени. Использует псевдоним. Дорожит репутацией? Попахивает разводкой, на мой взгляд. Или подставой.
– Именно поэтому наш исполнительный продюсер тоже примет участие в фильме, но не так, как рассчитывает.
Дэн кивнул, но снова сделал нервный глоток. Кайл натужно улыбнулся:
– Круто же. Будет у нас сюжет внутри сюжета. Второй слой. Про Макса и нас.
– И о том, что мы вытаскиваем на свет божий. Ты об этом подумал?
– И это еще одна причина, по которой этот фильм слишком хорош, чтобы просто взять и слиться. Да одна сцена в Холланд-парке принесет нам кучу просмотров! Мы, может, даже в кинотеатры попадем. В кинотеатры, понимаешь?
Вернуть Дэну энтузиазм у него не получилось.
– Я закрою все долги, если мы все сделаем. А ты сможешь бросить свои свадьбы.
Друг неуверенно кивнул.
– Четыре дня. И все. Четыре жалких дня. В Америке! И все. Тридцать штук твои. Мы с Маусом доделаем фильм. А ты можешь забыть о нем до премьеры. До фестивалей. Канны. Сандэнс. Они бегать за нами будут.
Дэн упорно смотрел куда-то себе под ноги.
– Слушай… Я… я просто не смогу.
– Ну шикарно, – Кайл кивнул, – потому что без тебя не смогу я.
– Пожалуйста, Кайл. Забей ты на этот фильм.
– Ты – гениальный оператор, Дэн. Я рядом с тобой ничего не стою. И это мое будущее. Прямо сейчас. Если я упущу эту возможность, лучше мне повеситься прямо сейчас.
– Мне кажется, что я на другой планете. Здесь все чужое. Растения, цвета, небо, скалы, даже воздух. Сегодня тридцать восемь градусов по Цельсию. Самая жаркая часть дня миновала, но я все еще чувствую, как из меня испаряется вода. А ведь еще только июнь. В разгар лета тут будет сорок три градуса. Возникает вопрос: кто может по собственной воле здесь поселиться? 311 000 квадратных километров, одна из самых больших пустынь Северной Америки. Тут можно разместить всю Великобританию, и у вас еще останется сто тысяч квадратных километров песка.
Сонора занимает огромные территории Мексики, Калифорнии, Аризоны и Нью-Мексико. Здесь один из самых уединенных уголков во всей Америке. Здесь за вами никто не следит. Возможно, именно поэтому сестра Катерина перенесла сюда Храм Судных дней в начале 1973 года.
После пятимесячных скитаний по Калифорнии она объявила, что ей было второе видение о новом убежище для Храма: заброшенной медной шахте в пустыне. Считается, что об этом ей рассказал один из байкеров, у которых секта покупала наркотики в Лос-Анджелесе. В этом районе банды контрабандой вывозили из Мексики наркотики и нелегальных мигрантов. Это пограничная зона.
Дэн оторвался от видоискателя:
– Чувак, извини, но крыша очень сильно отсвечивает. Нужно камеру передвинуть. Примерно на шесть футов правее. Давай быстрее. Свет сейчас дает такой красноватый оттенок на ту стену, и это круто. Шевели задницей!
– Тут?
– Отлично. Продолжай про границу или про что там. А я пока небо сниму.
Кайл вернулся к сценарию, валявшемуся в песке, и продолжил наговаривать текст, пока Дэн брал крупные планы сохранившихся зданий.
