Джек растерялся от такого вопроса, и промолчал, не зная, что ответить. Аманда похоже поняла его замешательство, поэтому продолжила.
– Сейчас была у Маршалла. Он передает соболезнования.
Джек кивнул.
– Алло, ты тут?
– Ах, да. Спасибо. – Джек откашлялся.
– Джек, мы все тебе сопереживаем. Пойми это. Я, как и Маршалл вхожу в твое положение.
Джек и тут решил промолчать, предпочтя ответу разглядывание замысловатых узоров на потолке подсвеченных холодным светом люминесцентных ламп. Когда не знаешь, что говорить – лучше молчать. Он усвоил это еще в детстве.
– И все же Джек, тебе пора сделать выбор. – закончила Аманда.
Джек задумался.
Выбор?
Какой выбор?
Похоже, он что-то пропустил.
– Эммм… конечно… а, выбор между чем и чем?
На этот раз последовала пауза со стороны Аманды. Наконец она заговорила, и в ее голосе Джек уловил обиду, которую она пыталась скрыть. Джек мысленно обругал себя. Аманда все это время шла к нему навстречу, и сейчас, пыталась помочь. Его же поведение – на уровне подростка.
– Джек, тебе необходимо решить – будешь ли ты дальше работать в Центре, или в свете последних событий, оставишь работу. У нас новая кризисная ситуация, и твои знания необходимы. Если ты не способен сейчас работать и думать, мне нужно об этом знать, поскольку в этом случае мы будем привлекать других специалистов. Понимаешь? Мне нужен ответ Джек. И прямо сейчас.
Джек понимал Аманду. Он ждал этого вопроса. Над ответом он думал последние два часа, что провел в госпитале у кровати дочери. Кэрри погибла. По его вине, потому что его не оказалось рядом, когда он был нужен. И нельзя позволить, чтобы смерть жены, любви всей его жизни была напрасна. Если он сейчас отступит, перестанет бороться, то все напрасно – в том числе и гибель Кэрри. Поэтому Джек дал ответ даже не раздумывая.
– Я продолжу работу Аманда. – он услышал ее облегченный вздох. – однако в Центре появлюсь только к вечеру, мне нужно побыть с дочерью.
– Хорошо.
– Пришли мне данные на планшет, я займусь, как только будет возможность.
– Уже сделала. Нужно сделать еще кое-что. Рассчитай пожалуйста данные по астероиду 1755NS.
– Зачем? – удивился Джек. – NASA еще 7 лет назад сделали по нему расчеты.
– Свежий взгляд со стороны не помешает. Ладно, я отключаюсь. Жду тебя сегодня в Центре. Пока.
– Пока. – автоматически проговорил Джек, озадаченный ее уклончивым ответом. Зачем заново рассчитывать параметры астероида, за которым вот уже несколько лет ведется наблюдение? Только в одном случае: если возникли сомнения насчет правильности существующих расчетов. Неужели так и есть?
Джек посмотрел в прозрачное стекло двери в палату дочери. Доктор Лили Джеймс сидела на краешке дивана, поглаживая руку Энни, и о чем-то тихо говоря. По щекам дочери текли слезы. Сердце Джека сжалось. Он должен быть на месте Лили.
Почем он тут, в коридоре?
В глубине души Джек знал ответ – Энни тоже винит его в смерти матери, и она полностью права.
Российская Федерация.
Ленинградская область.
Санкт-Петербург.
Михаил Абрамович, коренной житель «северной Венеции» приехал на рыбалку еще днем, и теперь утомленный духотой, решил немного вздремнуть. Любимое место рыбной ловли, на котором он сейчас и находился – побережье Финского залива, чуть поодаль от дамбы с южной стороны. Рыбаков здесь было традиционно больше, чем с северной стороны, но его это никогда не беспокоило. Главное – время, место и сама ловля. Первое: он никогда не ездил на дамбу на выходных – ловить, как в прямом, так и в переносном смысле здесь было нечего. В субботу и воскресенье здесь было тьма рыбаков на один заброс, которые больше пили и горланили, чем занимались делом. Второе: ему было шестьдесят, из которых сорок он провел за рыбалкой в будние дни на одном и том же месте. Среди местных рыбаков он пользовался большим уважением, и они никогда не занимали его место, выделенное красным флажком за небольшим изгибом каменного берега. Третье: сама ловля – она была тут прекрасной. Его стихия – спиннинг. Если брать конкретно место на котором он рыбачил, то тут требовался длинный спиннинг, четырехметровый Шимано – идеальный вариант. Из приманок хорошо себя зарекомендовали небольшие вертушки и воблеры. Хотя для ловли окуня и судака можно применить твистеры и виброхвосты на тяжелых джиг головках, поскольку они складываются в полете, позволяя сделать дальний заброс и при этом не закручивают при подводке леску.
Обычно ловля была очень хорошей, просто хорошей, или так себе, однако этот день выдался крайне неудачным. За десять часов, что он провел на берегу, садок так и остался пуст. Ни одной рыбы. Да что уж там рыбы – ни одной поклевки. Казалось залив, как и море вымерли. Очень странно.
Когда стукнула полночь, мужчина решил махнуть рукой и отправиться спать в палатку, надеясь завтра исправить положение.