Жанет Дуглас казалась окружающим не такой, как все. Она то ли была, то ли притворялась немой (известно, что со временем она вылечила горло). Ещё утверждали, что она, будучи неграмотной понимала латынь и греческий. Вполне возможно, эту репутацию ей создали заинтересованные лица, дабы придать вес исходящей от неё информации. Главным же даром девушки было ясновидение. С результатом очередного «озарения» она и пришла к Максвеллам. Молодая доносчица откуда-то знала, что причиной болезни стала восковая фигурка, в которую втыкали булавки. Зовут колдунью Жанет Мэтью. Изображение сэра Джорджа спрятано в её доме, в углублении за очагом. Улику можно добыть, если пострадавший даст в провожатые крепких мужчин, которые нужны для охраны. Семья не поверила гостье. А может, ради приличия сделала вид, что не поверила. Так или иначе, двое слуг отправились с девушкой, и она нашла фигурку в указанном месте. Вообще-то подобные чудеса происходят, когда заранее спрячешь искомое там, где задумано, или принесёшь его с собой в рукаве. Но здоровой доли скептицизма людям и сейчас не хватает, что уж говорить о XVII веке? Джон Максвелл арестовал Жанет Мэтью, несмотря на её уверения, будто восковая фигурка — «дело рук немой девчонки».
Заботами сына отцу стало легче, но 4 января начался новый приступ. Колдунья же — вот незадача — была уже в тюрьме. 7 января немая дала знать, что и на этот раз ей ведома причина. Дети арестантки решили мстить. За несколько дней до того старший сын Жанет Мэтью вылепил глиняную куколку, которую можно найти, покопавшись в его соломенном тюфяке. Срочно были предприняты поиски (опять с участием доносчицы). Разумеется, они увенчались успехом. Окрылённые находкой следователи взяли под стражу сына колдуньи, тщетно твердившего, что он и не подозревал о начинке матраса, а заодно его младшую сестру. Тринадцатилетняя Анабель не смогла долго отпираться. Четыре дня назад, сказала она, действительно была вылеплена глиняная фигурка. При этом в доме находился чёрный джентльмен, то есть дьявол. Ещё участвовали в церемонии брат и три ведьмы. Само собой, женщины, поимённо названные маленькой колдуньей, были арестованы. Одна из них призналась. Признался и парень. Зато по-прежнему упорствовала Жанет Мэтью. Нужна была решающая улика, чтобы у неё не оставалось никаких шансов на спасение. Читатель наверняка догадался, что настало время для нового появления на сцене всевидящей Дуглас. Кто же ещё умеет сквозь стены находить улики? 17 января немая девушка навела тюремщиков на мысль, что ещё одну глиняную фигурку стоит поискать у матери-ведьмы прямо в камере. Поискали и нашли. Ну как тут не подумать о сговоре? Сэр Джордж, правда, в тот момент чувствовал себя хорошо. Было объявлено, что порчу от фигурки ведьма направила на кого-то другого.
Жанет Мэтью стойко держалась до конца. Как гласит документ, даже уговоры детей «не смогли смягчить её огрубелое зачерствелое сердце»… Суд не подошёл к обвиняемым с огульной строгостью. Анабель пощадили, снизойдя к её малому возрасту. Она была осуждена на тюремное заточение. Остальных ждал костер.
А что же верная помощница властей. Жанет Дуглас? Какая награда была уготовлена ей? Увы, такие особы подчас становятся лишними свидетелями. Наверное, и она о чём-то подобном догадывалась, ибо предсказала, что однажды её, стегая плетьми, проведут через город Эдинбург. Пророчество сбылось. Девушку посадили в тюрьму «за ряд преступлений», потом подвергли бичеванию и отправили в ссылку на плантации (Lea, 1939 стр. 1326, 1344, 1345).
Описанное дело о восковых фигурках — далеко не самое возмутительное в анналах правосудия. Здесь ещё заботились о внешней благопристойности, «искали» хоть какие-то улики. В других местах осуждали на смерть без доказательств и даже вопреки алиби. Рассмотрим с этой точки зрения деятельность Николя Реми. За что женщины Лотарингии попадали в его цепкие руки?
Якобетту Вебе судили за травму, которую получил крестьянин (пострадавший жим с ведьмой под одной крышей). Поскольку запуганным людям колдуньи мерещились повсюду, крестьянин всё время был настороже. Наконец, оказавшись в лесной чаще, он опустился на колено, и в ногу ему вонзился острый шип — да так сильно, что бедняга хворал три месяца. Суеверный мужик потом клялся судье, что колено ему занозил демон — и этот же демон выковырял эту зловредную колючку, когда он рубил дрова. Сама Якобетта, побывав на допросе, призналась, что сжалилась над крестьянином и велела демону снять хромоту (1958 стр. 618).
