Суфии полностью

Поэтический псевдоним Ибн аль-Араби является производным от того же корня, что и существительное «пила». Он был выбран в соответствии с суфийской традицией. Как видно из приведенного списка производных от корня НШР, суфийская миссия Ибн аль-Араби заключалась в распространении суфизма, возрождении знания и освежающем воздействии дождя (бараки) на траву. «Пилка дров» рассматривается также как намек на усилие, вкладываемое в жизнь суфия, и получение чего-то нового (опилок) из обрабатываемого материала (дерева) – в этом также можно увидеть используемую суфиями аналогию одного из вариантов трансмутации или «формирования». Алхимия ассоциировалась с химической трансмутацией вещества; корень КАБ указывает на «образование, придание формы», корень НШР говорит о продукте работы (опилках). Здесь мы видим, конечно, разные аллегории, которые имеют отношение к изменению человека, но, в то время как суфии пользовались этой концепцией очень гибко, другие сообщества зафиксировали свое внимание лишь на одном из ее аспектов (таком, как алхимия и трансмутация), который все сводил к ограниченной идее алхимизации.

Западную традицию обучения можно назвать в такой же мере сарацинской, как и любой другой, если под сарацинской мы понимаем концентрацию множества стимулирующих факторов в Испании, Сицилии и разных других местах, составляющих значительную часть того, что считается порождением греческой и латинской культуры.

«Период, когда первенство в области литературы перешло к Франции, совпадает с возникновением и бурным развитием школы арабистов в Монпелье, испытавшей влияние со стороны арабизированных евреев из Испании. Благодаря близости Монпелье к Андалусии с одной стороны, и к Сицилии и Апеннинскому полуострову с другой, этот город привлекал многочисленных студентов с латинского Запада. Ознакомившись с доступными в то время источниками, пропитанными влиянием арабской культуры, эти люди снова рассеивались по Европе, вкрапляя в саму ткань средневековой культуры блеск арабской эрудиции. Плоды учености выпускников Монпелье оказали доминирующее влияние на медицинскую литературу материковой Европы и Англии, что является одним из выдающихся исторических фактов времен средневековья. Получившие развитие новые жанры романтической литературы в совокупности с непрерывным потоком арабских трудов из Южной Испании, большая часть которых отображалась на беспристрастной латыни, сообща формировали и отраслевые языки, и отрасли науки (включая медицину), особенно восприимчивые к арабским влияниям» (Dr. D. Campbell, Arabian Medicine, I, London, 1926, pp. 196-97.).

Я очень признателен мистеру Роберту Принг-Миллу из Оксфорда за дословную цитату из книги Ауллия Blanquerna, в которой он утверждает, что позаимствовал религиозную методологию у «суфиев», как он называет религиозных людей среди сарацин. В этом сборнике, опубликованном 26 июня 1962 года, используются цитаты из книги Ауллия (Els Nostres Classics edition of Lully's L. de Evast e Blanquerna, Vol. 3, p.10 et seq.).

Христиане заимствовали четки у сарацин. При этом вместо слова аль-вардия (буквально – декламатор) они перевели сходное по звучанию слово, означающее «розарий» [rosary]. Полностью четки по-арабски называются эль-лшсбат эль-вирдийят (Восхваляющий Декламатора или Приближающего). Этот термин, образованный от корня ВРД, используется как специальное техническое обозначение особых упражнений суфиев или дервишей. Католическое название четок [rosary], таким образом, – это не столько неправильный перевод арабского названия, сколько заимствование суфийского поэтического (или же почти геральдического) метода использования сходных слов для создания определенного представления о чем-либо. Именно поэтому слово вирд (дервишеское упражнение) в суфийской поэзии превратилось в ВаРД (роза).