Я нёс свой роман, ещё не зная, зачем мне он понадобится в ресторане. Смутные тщеславные мысли об автографах и книге почётных гостей проникали в мою голову из бездн подсознания, и я с помощью своей врождённой скромности безуспешно пытался засунуть их обратно. Вся эта игра напоминала ласки молодого влюблённого, ещё не понимающего, что они, по сути, являются всего лишь жалким подобием того, что принесут ему впоследствии время и куда более искушённые и опытные женщины. Один-ноль в пользу тщеславия.
Наконец я подошёл к ресторану «Переплёт». На двери висела табличка с надписью: «В четверг вход только со своей литературой». «Сегодня вторник», — автоматически отметил я, открывая дверь.
Оказалось, что сам ресторан находится в дальнем помещении, и, чтобы пройти в него, нужно пересечь бар. Я очень удивился тому, что за стойкой вместо бутылок располагалась громадная книжная полка. Не менее удивительно было видеть рядом с таким скоплением книг обыкновенного бармена, в бандане и с татуировками на руках.
«Странное место», — подумал я и прошёл к стойке бара, у которой два рафинированных молодых человека потягивали из бокалов мутно-зелёную жидкость. Перед ними лежала стопка книг, на верхней золотом по чёрному было вытеснено: «Артюр Рембо».
Одновременно со мной к стойке подошёл пожилой мужчина, хмурый и небритый, в волосах которого на затылке торчало небольшое перо — видимо, из подушки.
— Две рюмки «Москвы кабацкой», — прорычал он.
Бармен влез на небольшую стремянку и достал маленькую книгу с полки с буквой «Е». За стойкой стоял аппарат, внешне напоминающий микроволновку. Бармен вставил в неё книгу, как видеокассету. Книга медленно вползла внутрь. На дисплее появилась какая-то надпись, и бармен нажал пару клавиш. Через пять секунд зажёгся зелёный огонёк. Бармен открыл дверцу и достал две рюмки с бесцветной жидкостью. Хмурый мужчина выпил обе рюмки залпом, расплатился и направился к выходу.
— Неудачник, — глядя на уходившего, заговорил со мной бармен. — Вот так почти каждый вечер он заказывает две рюмки водки и уходит, никогда не заходя в ресторан. Говорят, он потом напивается вдрызг. Его зовут Б. Когда-то он был известным писателем. Что закажешь?
Увидев моё замешательство, бармен незамедлительно пришёл на помощь:
— Ты, я вижу, у нас впервые, парень, и для тебя всё здесь выглядит необычно, может быть, даже странно. Наш администратор всё тебе объяснит. А пока разреши тебя, как новичка, угостить выпивкой за счёт заведения. Что предпочитаешь?
Я едва успел открыть рот, но бармен меня опередил:
— Позволь, я угощу тебя рюмочкой старого доброго Бёрнса.
Он достал с полки ещё одну книгу, вставил её в аппарат и через некоторое время подал мне стакан с золотистым напитком:
— Отличный шотландский виски.
Тем временем молодые люди опустошили свои бокалы и молча протянули бармену одну из своих книг. Он достал им из «микроволновки» зелёное пойло, почему-то презрительно их осмотрев, на что они не обратили никакого внимания.
Подошёл улыбающийся упитанный администратор и предложил проследовать за ним, так что мне пришлось проглотить содержимое рюмки залпом. Мы вошли в зал ресторана. Половина столиков была занята, и я увидел несколько знакомых по газетным фотографиям лиц.
— Да-да, вся богема здесь! — словно читая мои мысли, сказал администратор. — Как вы видите, у нас в гостях и некоторые из представителей власти. Наша власть любит поэзию!
Он ухмыльнулся, посчитав, видимо, свою шутку удачной. Усадив меня за свободный столик, администратор заложил руки за спину, откашлялся и, словно собираясь читать лекцию, откинул голову немного назад.
— Как вы, наверное, уже поняли, в нашем ресторане нет кухни. Всё готовит замечательный аппарат, превращая книги в превосходные блюда и напитки. Принципа работы этой замечательной машины не знает никто, кроме её создателя, к сожалению, ныне покойного. Этот гениальный человек, немного сумасшедший физик-изобретатель, писатель и философ, был, кстати, и талантливым кулинаром. Я как-то разговаривал с ним, и он за бокалом вина пытался объяснить мне устройство этого аппарата, но я очень далёк от всякой физики-химии, и единственное, что я понял — это то, что книги и пища являются, по большому счёту, одним и тем же. Просто нужно было это увидеть, говорил наш чудак. А когда он это увидел, то сделал-таки эту машину в два счёта!
Казалось, что администратор пытался убедить меня (а может быть, и себя), что этот аппарат изобрёл он сам.
— Но простите, я слишком увлёкся. Вы наверняка голодны. Для начала позвольте порекомендовать вам что-нибудь из лёгких закусок — ну, например, рассказы Аркадия Аверченко. Это должно разогреть ваш аппетит. Затем что-нибудь мясное?
— Да, — согласился я.
— Смею предложить вам Стендаля.
— Хорошо, — увереннее подтвердил я.
— «Красное и чёрное»?
— Отлично.
— Что будете пить?
— А спиртное — это поэзия?
— В самую точку! — улыбнулся администратор.
— Тогда что-нибудь из Гумилёва.
— Как вам «Шатёр»?
— Мне больше нравится «Огненный столп».
— У вас превосходный вкус, молодой человек!
Администратор кивком подозвал официанта и передал мой заказ.
