— Может быть, поручить Голохвастову? — предложил Белозеров. — У него сейчас нет объекта. Помогает мне, хотя со Спецстроем я теперь могу и один управиться.
— Вы уверены, что он сумеет?
— Абсолютно.
— Пришлите его ко мне.
Шанин приказал шоферу отвезти Белозерова на Спецстрой, пешком направился к управлению треста. Итак, Василий — другой человек. Повторение пройденного? В лагере Голохвастов скис, но, когда пришло время, он расправил крылья. И здесь произошло нечто подобное?
Кажется, личность этот Белозеров незаурядная, надо отдать ему должное. Точно так же считает Тунгусов. Что это? Проблема расширяется: Синев — Белозеров — Тунгусов — Шанин?..
В управлении его уже ждал Голохвастов. Шанин спросил, правда ли, что Василий Васильевич стал поклонником планирования по-белозеровски?
— Хорошая штука, — подтвердил Голохвастов, глядя на Шанина с опаской: кто знает, куда он клонит. — Я — за «сетку» горой.
Его заявление сняло последние сомнения Шанина. Если даже незадачливый строитель Вася Голохвастов высказывается за эти графики, значит, раздумывать нечего. Но освобождать Шумбурова он не будет. Нет уж, он, Шанин, заставит Шумбурова полюбить сетевое планирование, а снимать не станет.
Однако случилось так, что отношение к Шумбурову ему пришлось круто изменить.
Вскоре после Голохвастова в кабинете Шанина без предупреждения появился Рашов. Это ломало план Шанина, настроившегося ехать на промплощадку, тем не менее он с привычной любезностью встретил секретаря горкома, спросил о здоровье, о новостях. Рашов ответил, что самая важная новость такая: он каждую ночь видит Льва Георгиевича во сне и хотел примчаться на стройку, как только прослышал о его приезде, но сдержался, дал оглядеться. Шанин столь же любезно спросил, не хочет ли Валерий Изосимович проехать по участкам? Рашов поблагодарил, сказал, что экскурсия в его программу не входит.
Шанин уловил насмешливую нотку в словах секретаря горкома, насторожился.
— Мне бы хотелось знать ваши намерения, Лев Георгиевич, — сказал Рашов уже без тени насмешки.
Шанин пожал плечами, он не считал нужным посвящать Рашова в свои намерения, да они еще хорошенько и не определились, эти намерения. Рудалев, правда, советовал опираться на Рашова: «Он может помочь», — но, если на чистоту, чем он может помочь? Придумает интересную повестку дня для партсобрания? Пожалуйста, он, Шанин, ничего против не имеет. Пусть Рашов идет в партком и наставляет Илью Петровича, а ему, Шанину, надо делать дело.
— Все разболталось, расползлось, пока был в отпуске, дисциплина ослабла... — Шанин приподнял над столом ладонь, сжал в кулак. — Буду наводить порядок, как Иван Калита на Руси.
Рашов постучал кончиками пальцев по зеленому сукну. Шанин видел, что секретарь горкома не удовлетворен ответом, но не добавил ни слова: ему не хотелось терять времени на переливание из пустого в порожнее. Рашов вздохнул, взглянул на Шанина, серые глаза блестели остро, непримиримо.
— Лев Георгиевич, нам надо понять друг друга, — сказал он. — Так трудно работать. Это не работа, а игра в кошки-мышки. Спрос за комбинат и с вас, и с меня один. Сорвем пуск — отвечать вместе, давайте и строить вместе.
— Как вы можете говорить такое, Валерий Изосимович! — воскликнул Шанин. — О своих планах я не распространяюсь подробно лишь потому, что влезать в наши мелочи секретарю горкома нет нужды, у вас много других забот.
— Значит, не хотите понять, — сказал Рашов с сожалением.
— Да нет же, если надо, пожалуйста! — почти сочувственно сказал Шанин. — Что вас интересует?
— Прежде всего, перестройка структуры треста, — ответил Рашов и напомнил: — Бюро обкома поддержало ваше предложение об организации строительно-монтажных управлений вместо участков.
— Я думаю, с этим торопиться не стоит, — сказал Шанин. — Мы отвлечемся от основной задачи — завершения строительства.
Рашов не согласился.
— По-моему, лучше провести реорганизацию немедленно. Вы сказали, что за время вашего отпуска стройка расползлась. Это ведь не случайно! Сухой Бор не может держаться лишь на требовательности управляющего трестом. Надо перестраиваться, Лев Георгиевич! Создание управлений не самоцель. Я полагаю, что это должны быть самостоятельные организации с широкими правами и высокой степенью ответственности за результаты работы. Сейчас, что бы ни случилось в Сухом Бору, спрашивают с вас. После перестройки спрос будет в первую очередь с начальников управлений. Я намерен поставить на бюро горкома вопрос об утверждении начальников СМУ. Нужно, не откладывая ни на один день, решить, кого мы выдвинем на эту работу.
— Это будет не так легко, Валерий Изосимович, — заметил Шанин. — Я не смогу назвать кандидатов на все управления — одного, двух, не больше.
— Если не найдем в тресте, подберем лучшие кадры из городских организаций.
Тон Рашова был настойчив. Шанин помолчал, он взвешивал, дадут ли строительно-монтажные управления тот результат, которого ждет Рашов. Шанин твердо знал: если он принимает решение, значит, это правильное решение. Будут ли столь же правильны решения начальников СМУ? В этом Шанин не был уверен.
