— Какие инопланетяне? — удивились Бабкин с Клубникиным.
— Обычные, благодаря которым вы попали в больницу, — ответил сержант. Затем он рассказал все, что слышал в отделении милиции о мимикрах.
— Так, значит, говорящей рыбы не существует? — с нескрываемым огорчением спросил Николай.
— И говорящих коз тоже, — ответил милиционер.
— А гигантские кабачки — это тоже они? — охнул Клубникин.
— Тоже, — подтвердил сержант и добавил: — И говорящие собаки, и пантеры, и самовары. Сам видел, как они превращались.
— Эх, — печально вздохнул Николай. — У меня всегда так. Только поверю в какое-нибудь чудо, как ему тут же находится самое простое объяснение.
Остаток пути пенсионер Клубникин про себя сочинял анонимное письмо в Международный космический центр:
«Довожу до вашего сведения, что в деревне Игнатьево поселились два опаснейших инопланетянина, которые, пользуясь полной бесконтрольностью со стороны правоохранительных органов, дурят нашего брата работника сельского хозяйства, отчего многие жители деревни стали периодически попадать в психиатрическую больницу, где не совсем нормальные больные воруют у них котлеты для того, чтобы впоследствии лепить из них крупный рогатый скот.
Прошу принять срочные меры и обязать инопланетных хулиганов иметь только один внешний вид, соответствующий земным стандартам.
Уже в кабинете главврача Клубникин попросил листок бумаги и, чтобы не забыть текст, аккуратно записал его.
Алеша с Фуго ворвались в кабинет к главврачу через несколько минут после того, как Клубникин с Бабкиным получили свою одежду и укатили в родное Игнатьево.
— Это мы! — с порога закричал Алеша. — Это мы во всем виноваты! Мы превращались во всякую ерунду и сделали их сумасшедшими!
— Да! — отважно поддержал его Фуго. — Если уж у вас такая нехватка психов, лучше возьмите нас, а их отпустите! Они всего лишь жертвы наших безответственных фокусов.
— Если вы об этих двоих из Игнатьева, то мы их уже отпустили, — с интересом разглядывая посетителей, сказал доктор. — А вы, значит, инопланетяне?
— Не все, — уклончиво ответил Алеша, но тут же добавил: — Вот он — инопланетянин, а я местный, из Москвы.
— А вы не могли бы показать нашим больным несколько фокусов? — неожиданно попросил главврач. — А то ведь они ничего, кроме парка и телевизора, не видят. А здесь все-таки живой инопланетянин, да еще и артист.
При слове «артист» Фуго зарделся, расправил плечи и даже стал немножко повыше ростом.
— Запросто, — ответил он. — Собирайте ваших пси… то есть больных. Я им такое покажу, враз все вы-здо-ровеют и разбегутся по домам.
Для того чтобы выступление выглядело более эффектно, Алеша попросил принести ему черный плащ, большое черное покрывало, шляпу-цилиндр, трость с серебряным набалдашником и черную полумаску.
Из всего этого в больнице нашлась только линялая плюшевая штора вишневого цвета, которую здесь же в кабинете Алеша разрезал на две части. Из одной вышел очень красивый плащ, из другой — самое настоящее магическое покрывало.
На приготовление ушло каких-нибудь полчаса. За это время в актовом зале больницы собрались все, кто находился в здании. У каждого больного в карманах лежало по одной и даже по две котлеты. Вдоль рядов важно прогуливались два жирных больничных кота. Шевеля усами, они принюхивались к вкусному котлетному запаху и иногда прыгали к кому-нибудь на колени.
Когда открылся занавес и Алеша с Фуго увидели полный зал зрителей, им стало страшно. Это было их первое настоящее выступление на сцене. Больше ста человек в ожидании чудесного представления не отрываясь смотрели на артистов. В зале сделалось так тихо, что было слышно, как у кого-то на коленях плотоядно урчит кот.
— Уважаемая публика! — охрипнув от волнения, обратился Алеша к залу. — Сейчас мы с моим инопланетным другом Фуго покажем вам удивительные фокусы. — Он развернул плюшевое покрывало, очень артистично накинул его на Фуго, и представление началось.
