Из бывшего пальца моей тетушки вырвался узкий белый лучик света, подобно змее, по спирали обвившийся вокруг торса темного волшебника. Некромант сдавленно захрипел и чуть не упал, вцепившись в посох. Как по приказанию, мгновенно стих ветер, раздувавший его одежды, и песок тихо осыпался на землю у наших ног. Капюшон, до этого скрывавший лицо зловещего мага, упал на плечи.
— Да он же еще мальчишка, — изумленно вскрикнул Огвур.
— Уберите, уберите эту страшную вещь, — ломающимся фальцетом жалобно попросил некромант, бледной ладонью испуганно прикрывая веки. — Ее свет жжет мне глаза.
И столько растерянности, столько страдания послышалось в тонком, стонущем мальчишеском голосе, что я поспешила убрать спасительный талисман глубоко под ворот рубашки. Маг всхлипнул и осел на землю. Отзывчивая Анабель торопливо подбежала к юноше и протянула ему фляжку с водой, отцепленную с собственного пояса. Незнакомец благодарно принял сосуд и сделал несколько жадных глотков, а затем отвел в сторону длинные черные волосы, скрывавшие его черты, и поднял на меня еще затуманенные страданием глаза.
Я удивленно вздернула брови и присела на корточки, чтобы мои глаза оказались вровень с глазами юного мага. Некромант и вправду был молод — не старше меня. Мягкая бархатистая кожа его по-девичьи нежного лица поражала удивительной бледностью. Капризный изгиб совершенных губ напоминал четкие очертания лука. Огромные черные, без намека на белок, глаза тонули в гуще длинных ресниц. Волна шелковых, черных до синевы, волос опускалась на плечи. Юноша был ангельски или, скорее, демонически прекрасен, затмевая даже эльфийскую прелесть красавчика Лансанариэля. Я услышала, как за моей спиной восхищенно вздохнула Анабель. Юноша нервно вскинул руку с тонкими, неправдоподобно длинными пальцами и цепко ухватился за мое запястье:
— Ваше высочество, вы должны пойти со мной, иначе они меня убьют!
— Кто?
— Ваши сводные брат и сестра, принц Ужас и принцесса Страх. — Юный некромант смотрел на меня такими доверчивыми широко распахнутыми глазами, что у меня не возникло и тени недоверия или сомнения в правдивости его слов. В довершение ко всему на пушистых ресницах красавца показались крупные, прозрачные слезы, вот-вот готовые скатится по впалым щекам.
Я злобно скрипнула зубами и резко оттолкнула юношу, выдергивая руку из его красивых пальцев. Маг упал на песок, снизу вверх взирая на меня полными отчаяния и страха глазами.
— И ты пришел сюда с этим ультиматумом после того, как провалились две предыдущие затеи твоей хозяйки? Неужели Ринецея настолько глупа и верит, что, разжалобившись слезами ее распрекрасного слуги, я добровольно сунусь в пасть к демонам?
— Нет, нет! — Некромант испуганно затряс головой, подметая песок длинными волосами. — Принцесса, вы все поняли не так! Я просто слабый человек, маг-недоучка, умоляющий вас о помощи и спасении.
— Да кто тебе поверит! — ощерился Сугута. — Ведь ты только что показал нам, что способен управлять стихией!
— Стоп. — Мне почему-то стало жаль незадачливого незнакомца. — Кучка песка — еще не стихия.
— В том-то и дело, — печально вздохнул некромант. — Тем более что даже Высшие посвященные окажутся бессильны перед вашим артефактом. В него вплетена воля Смерти, против которой не сможет выступить ни один некромант.
— Зачем же ты решился прийти сюда? — На этот раз именно недалекий Ланс умудрился задать самый важный вопрос.
— Обрести помощь принцессы, — маг жалобно смотрел на меня. — Все равно мне уже нечего терять!
— Хм… — Я не знала, как ответить на последнее признание юноши. Но на подмогу мне пришел проницательный Огвур:
— Эй, ты, как там тебя? — Он протянул руку, поднимая юношу с песка.
— Марвин. — Некромант всхлипнул и выпрямился, опираясь на мускулистую ладонь орка.
— Клянусь Аолой, — тысячник вытащил из кармана чистый носовой платок и предложил его юноше, — никогда не видел таких плаксивых некромантов. Пойдем-ка в замок, выпьем, перекусим и разберемся, что нам с тобой делать. Ты, поди, голоден?
— Два дня маковой росинки во рту не было, — пожаловался Марвин.
— Э-э-э-э, — растерянно почесал в затылке барон. — Ну, стало быть — добро пожаловать!
— Заплаканный красавец-некромант — это будет почище напившегося дракона, — насмешливо ввернул Ланс.
Юный недоучка густо покраснел и смущенно уткнулся в платок орка.
— А кстати, где Эткин? — хором вспомнили несколько голосов.
В стельку пьяный дракон тихонько дрых за нашими спинами, удобно растянувшись на каменных плитах, выстилающих двор замка.
— Ну и ночка выдалась, просто прелесть, — хмыкнула я, пока орк и барон под руки вели ослабевшего от голода и переживаний некроманта в парадную залу, где слуги уже торопливо накрывали то ли сильно запоздавший ужин, то ли слишком ранний завтрак.
Марвин и впрямь изрядно оголодал. Я подивилась — как это, при таком хорошем аппетите, юный маг умудрялся сохранять столь стройную фигуру. Худоба некроманта граничила с истощением. Не иначе, Ринецея имела нехорошую привычку морить голодом своих неумелых слуг. А Марвин, судя по его рассказу, оказался самым неумелым.
