Ужас продолжал все так же неподвижно стоять над воротами. Вид его теперь уже красного, раскалившегося лика сводил меня с ума. В ушах нарастал размеренный, монотонный гул. Хотелось бросить все и бежать куда-нибудь сломя голову, лишь бы только избавиться от усиливающегося ощущения невыносимой безысходности простого факта своего существования… И постепенно неразборчивый гул начал оформляться, складываясь в одно страшное слово, ввинчивающееся в мозг: «Умри!» Я увидела, как Огвур с искаженным мукой лицом обнял секиру, прижимаясь раскалывающимся от боли лбом к ее прохладному лезвию. И вроде бы это принесло ему облегчение, взор орка прояснился. Следуя примеру друга, я схватилась за рукоятку Нурилона. Меч обжег меня ударом чистой, незамутненной ужасом энергии, возвращая способность мыслить здраво. Мир вокруг меня обрел реальность, став от этого еще страшнее. Рядом барон Пампур корчился, с головой завернувшись в свой боевой штандарт. Генрих болезненно морщился, до крови прикусив побелевшие губы. А то, что творилось под стеной города, уже просто не поддавалось описанию.
— Марвин! — хрипло позвала я. — Помоги!
— Не могу! — Некромант повернул ко мне напряженное лицо. Черные глаза, обведенные синюшными кругами, делали его похожим на покойника. — Принца поддерживают все некроманты во главе с Ринецеей. Я еле сдерживаю их натиск…
— А где же Сугута? — со слезами в голосе заорала я, теряя терпение.
— Я здесь, ваша милость! — Старик выполз откуда-то из-под флага барона де Кардиньяка и вопрошающе уставился на меня красными глазами кролика.
Я нагнулась и взяла старого мага за мелко дрожащий подбородок:
— Ты можешь хоть чем-то помочь всем нам? — Слова мои, четко разделенные на слоги, падали тяжело и беспощадно. — Или ты способен только отсиживаться в укрытии?
— Я-я-я, — хлипко затрясся старик, — я помогу… чем-нибудь!
— Валяй! — хмыкнул бледный как полотно Марвин.
Старик еще раз жалобно посмотрел на меня слезящимися глазами, а потом торопливо свел вместе кисти, покрытые сеткой выступивших вен, и что-то неразборчиво забормотал. Подчиняясь заклинанию, между ладоней мага начал расти и наливаться жаром большой огненный шар. По мере роста шара Сугута заметно слабел, обильная испарина выступила на высоком лбу. Руки подрагивали, казалось, еще миг — и шар выскользнет из немощных пальцев старого мага.
— Бросай! — истошно завопил некромант. — Или сгоришь сам. Бросай, я поддержу!
Громкий выдох сотряс впалую грудь Сугуты. Огненный шар, сорвавшись с ладоней, падающей звездой устремился в сторону крепостной стены. Направленный волей Марвина, он с шипением пробил магическую защиту и угодил прямо в лицо принца Ужаса.
От неожиданности принц нелепо взмахнул руками и покачнулся. Сила воздействия его колдовства сразу же ослабела, шатающиеся воины начали подниматься с земли, растерянно оглядываясь по сторонам.
— Отходим! — из всех сил закричал Огвур. — Все назад!
Почти вслепую, ничего не видя воспаленными глазами, волоча за собой оружие, наше войско бесславно покидало поле боя.
Марвин осторожно потянул меня за рукав.
— Что? — через силу выдавила я. Столь позорное завершение столь доблестно начавшейся атаки не оставляло никаких иллюзий по поводу скорой победы и малых жертв.
— Посмотри, — печально шепнул некромант.
У наших ног лежало бездыханное тело Сугуты, в смерти казавшееся еще более хрупким и сморщенным. Я сначала приподняла ему веко, а потом торопливо выхватила из кармана огарок белой свечи, когда-то подаренный мне тетушкой Чумой.
— Бесполезно, — сокрушенно покачал головой Марвин. — Поздно уже, да и не выживают после магической отдачи. По нему шарахнуло всей силой, сконцентрированной в городе, такого бы и я не выдержал.
Из моих глаз покатились слезы раскаяния.
— Это я во всем виновата, — простонала я. — Я потребовала, чтобы он помог нам. Как я не понимала, — он слишком стар и слаб для таких дел. Это я стала убийцей нашего друга!
— Тише. — Барон Пампур нежно погладил мою согбенную горем и самобичеванием спину. — Мой старый соратник погиб как герой, сумев спасти всех нас. Он всегда мечтал о такой смерти, о подвиге, достойном великого архимага! Похороним его с почестями! Души героев всегда возрождаются в новом теле.
В ответ я могла лишь всхлипнуть.
Над нашими головами пронеслось дуновение мощных крыльев, и на холм опустился изрядно потрепанный Эткин. С одного взгляда поняв всю невосполнимость потери, он бережно поднял в огромных лапах маленькое тельце павшего мага.
— Я отнесу его на поляну в лесу и приготовлю дрова для погребального костра, — пообещал он.
— Как горгульи? — успел спросить Генрих.
— Не вкусные! — не оборачиваясь, буркнул дракон и с легкостью, удивительной в столь тяжелом теле, бесшумно взмыл в небо.
— Морра! — На холм взбирался Азур, весь покрытый кровью и копотью. — Что это было? Мои испытанные, свирепые демоны скулили побитыми щенками. В жизни не испытывал ничего ужаснее…
— Еще бы, — расстроенно откликнулась я. — Это и есть милые шалости моего проклятого сводного братца!
