Мне бросилась в глаза великолепная экипировка Ланса — на боку рапира, за плечами маленький арбалет. Оружие изготовлено из отличной стали, приклад красного дерева инкрустирован перламутром и серебряными накладками. Арбалет выглядел игрушкой. Выглядел — для тех, кто не знал, что с пятидесяти шагов болт, выпущенный из этакой игрушки, способен пробить доспехи тяжеловооруженного конника. А вот у Белого Волка, тут я недоуменно нахмурилась, совсем не было оружия.
— За следующим поворотом, — лаконично бросил тысячник и вновь вернулся к прерванному разговору.
Но я не отставала:
— Что за следующим поворотом? Там скрыт секретный арсенал твоего народа?
— Лучше, намного лучше. Смотри. — Огвур направил коня к толстому дубу, росшему немного в стороне от прочих деревьев. Он запустил руку в дупло и бережно вытащил какой-то массивный предмет, тщательно завернутый в кусок тонкой замши. Затем орк снял защитный покров, и нашим глазам предстала огромная обоюдоострая секира, оба лезвия которой ярко блестели в лучах солнца.
— Симхелла, — гордо сказал Огвур, показывая нам грозное оружие.
— «Отсекательница голов», — дословно перевела я. — Да уж, такой точно — одним махом!
Ланс уважительно присвистнул и протянул руку. Но тут же чуть не выронил тяжеленную секиру.
— Да мне ею даже не взмахнуть, — он смотрел на орка почти с обожанием. — Ну, и крут же ты, дружище!
— Я мог рисковать своей жизнью, но не родовым оружием. — Огвур любовно погладил длинную рукоять секиры, для прочности усиленную металлическими кольцами. — Поэтому спрятал ее в укромном месте. Но теперь, — он приладил Симхеллу за спиной, потому что носить такую махину на поясе невозможно, — я готов встретить любого врага лицом к лицу.
— Может, вы все-таки посвятите меня в свои секреты? — попросил Ланс после того, как наш маленький отряд вновь тронулся в путь. — А то мало того, что я ничего не понял из ваших сумбурных рассказов про Белую и Синюю розу, так еще, похоже, умудрился вырубиться на самом интересном месте.
— Самое интересное произошло потом, — хихикнула я, — когда мы с тетушкой Гремульдой затаскивали ваши отнюдь не легкие туши вверх по лестнице и укладывали сладкую парочку в кровать.
— О-о, — ехидно прокомментировал мои слова Огвур.
— Так это была твоя идея уложить меня спать в нежных объятиях орка? — сердито спросил полукровка.
— Нет, — фыркнула я, — тут я ни при чем. Объятия — личная инициатива Огвура.
— Прощай моя репутация, — притворно всхлипнул Ланс.
— С каких это пор тебя вдруг стала беспокоить репутация? — Орк бесцеремонно пихнул друга в бок. — Сам ведь говорил, что разбойнички-компаньоны оказались рады-радешеньки избавиться от твоей эльфийской морды?
— Ну да, — подтвердил полуэльф, — мне всегда трудно найти общий язык с людьми. Боб с радостью принял командование на себя.
— Это такой белобрысый верзила? — зачем-то уточнила я.
— Он самый, — подтвердил Ланс. — Взамен он обещал охранять харчевню тетушки Гремульды, как свою собственную.
«Ну что ж, нет худа без добра», — порадовалась я.
— Ну, и как, — снова заныл полукровка, — расскажете мне про эльфов?
Мы с Огвуром переглянулись:
— Давай ты, — милостиво разрешил орк, — не многим довелось лично читать хроники Бальдура.
— Значит, так, — начала я, пытаясь поточнее вспомнить текст древнего, разваливавшегося от ветхости манускрипта. — Бальдур, великий орочий летописец, написал много книг о жизни эльфов и орков. Одна из них, самая известная, носит название «Хроники Бальдура», но чаще ее называют хрониками Смутных времен. Слушай-ка, — я тут же повернулась к Огвуру, который слушал меня так же внимательно, как и Ланс, — если эта книга самая известная, то почему она такая редкая?
— Потому что в мире существует всего три копии этих хроник, да и то две из них считаются утерянными, — пояснил орк.
— Кто-то их спер, — констатировал полукровка.
— Думаю, здесь ты прав, — согласился тысячник.
— Но зачем надо воровать книги? — Ланс дивился собственной проницательности. — Что они — в футлярах из золота?
— А ты слушай дальше, — посоветовала я.
— Тогда рассказывай быстрее!
— Так вот, — продолжила я, — орки и эльфы всегда дружили между собой.
Огвур кивнул, подтверждая правдивость моих слов:
— А Бальдура гостеприимно принимали даже в Хрустальной долине, — добавил он.
— Ох ты, а что это еще за долина такая? — Любознательность переполняла полукровку.
Меня уже начинала изрядно раздражать торопливость Ланса, но Огвур лишь посмеивался над непоседливым полуэльфом.
— Еще раз меня перебьешь — и я больше ничего не рассказываю.
— Молчу, молчу… — Ланс зажал свой болтливый рот ладонью, поверх нее таращась на меня горящими от любопытства зелеными глазищами.
