— А что, я люблю детей. В независимости от того, как их готовят, — рассмешил Женя. Он встал и с укором посмотрел на нее. — Вика, Вика. Мне же не полтинник, в конце концов.
Она стояла на пороге и раскачивалась, ухватившись руками за дверной проем, глядела исподлобья и ухмылялась.
— Повезло Ларисе. Такой мужчина.
Женя подошел к ней. Правой рукой он уперся в косяк чуть повыше Викиного плеча и забарабанил пальцами по деревяшке.
— А вдруг, нет?
— Почему?
Выдержав паузу, Женя неторопливо сказал:
— Потому что я не могу забыть тебя, как бы ни старался.
Вика чуть откинула голову назад и замерла.
— Я сказала, что люблю тебя, в порыве страсти.
— Да, — согласился Женя. — В порыве страсти, чего только не наговоришь. Если ты подозреваешь меня в чем-то, то напрасно.
По лицу Вики пробежала тень сомнения, она поджала губы и нахмурилась. Потом, будто придумав что-то, широко улыбнулась и хитро прищурилась.
— Квартира голая, но кровать уже купил.
Она кивнула на высокую коробку и двуспальный матрас в пленке в углу комнаты.
— Должен же я где-то отдыхать, пока буду делать ремонт. Ой, Вика, снова обвиняешь в том, чего у меня и в мыслях нет, — укорил Женя.
Она положила руки ему на грудь и погладила.
— Тебе так идет эта рубашка. У тебя такие широкие плечи. Ты заметно похудел.
Бедром она прижалась к его паху. Женя и не думал скрывать, что хочет ее. Вика слегка коснулась губами Жениного рта, словно хотела подразнить.
— В одном я тебе не соврала, — прошептала она. — С тобой у меня был самый крышесносный секс.
— Хочешь еще? Попроси, как следует, — велел Женя.
Она обвила его шею руками и жадно поцеловала.
— Завали меня уже на этот чертов матрас!
В открытое окно заглядывало красное солнце. Женя погладил Вику по голой спине. Она собрала волосы в хвост и обернулась.
— Женя, я такая дура. Я до сих пор не отдала Диме кольцо. У меня нет сил с ним встретиться.
Он привстал на локтях.
— И не нужно. Передай через кого-нибудь.
Вика нервно провела языком по губам.
— Я ужасно запуталась, — задумчиво сказала она, надевая блузку. — Ничего не понимаю. — Она осеклась. — А, ладно, тебе, наверное, неинтересно.
Женя сел и поцеловал ее плечо.
— Почему же, про тебя я бы послушал. Что ты хочешь понять?
— Ты не считаешь меня потаскухой?
Женя нахмурился и хмыкнул.
— Откуда вдруг такие мысли? Кто-то тебе это говорил?
— Говорили.
— Дай, угадаю, комплимент от Димы?
Вика покраснела и отвернулась. Женя потер подбородок ладонью.
— Ты поэтому включаешь режим старой девы?
— Чего?! — Она резко обернулась.
— А как еще назвать кислые щи под названием «я больше не трахаюсь»? — посмеялся Женя. — Зачем же ты воспринимаешь его слова всерьез? Почему они для тебя руководство к действию?
— В смысле?
— В смысле, сказал он тебе это и что? Надо бежать в монастырь? И что, он всегда тебя шлюхой считал? Разве он не считает тебя страстной и горячей?
Вика задумалась.
— Да, так и есть. Стоит разбежаться, так я сразу мертва для него становлюсь. Он закидывал меня стихами вдогонку. Какими только эпитетами он меня ни крыл. Никогда не забуду, как прочитала в первый раз это его «я думал, что мне послали ангела, а оказалось обычная блядь». Что, почему ты смеешься?
— Ох, уж этот Дима. Чистый и неприкаянный. Вика, ведьма коварная, свела мальчика с ума. Аж ангела от черта отличать перестал! — Женя в шутку потряс ее за плечи. — А он не говорил, что рядом с тобой становится хуже?
Вика в изумлении распахнула глаза.
— Откуда ты узнал об этом?!
— Догадался. Я по молодости также из крайности в крайность кидался. То жить не могу, помираю, без женщин, то ненавижу их. Ходят понимаешь ли, глазами стреляют, бляди распутные, заманивают. Вернусь-ка я к жене. Жена это святое! Правда, секс вырубался с женой очень быстро, и бляди сразу становились снова райскими гуриями. Скажи сама, Диму из ловеласа в ханжу кидает, я прав?
Вика аж рот открыла от удивления.
— Да. Знаешь, я только, когда с другим парнем познакомилась, подумала, что с Димой что-то не то, что он псих. Его заводит, когда я ему рассказываю, про других парней. Сам расспрашивает. А новый обиделся, когда я ему про Диму рассказала, назвал меня жестокой, раз мне так нравится мучить его. Я ответила, что Диму это не коробило, так мой новый парень его куколдом обозвал.
Женя расхохотался.
— Так они еще и друг про друга знают? Ой, Вика. Тебя это саму возбуждает, скажи ведь, да? Возбуждает?
— Когда как.
— Н-да… Не спроста ты так долго с Димой эту партию играешь. Другая давно сгорела бы.
— Четыре года. — Вздохнула Вика с горечью. — Но если выкинуть время, когда расставались, то два. — Она привстала на коленях. — Женя! Что со мной не так? Я не хочу никому делать больно! Меня достали эти качели! Я тоже, как и Дима, то жить не могу без секса, то вдруг вырубается все к хуям. Иногда не могу без парней, без того, чтобы не пофлиртовать, а потом так стыдно становится. Чувствую себя потаскухой. Еще и эти двое масла в огонь подливают. Я стараюсь вести себя прилично. Да только с бойфрендом, как в болоте ощущаю, не могу его полюбить. А с Димой, хочется бросить все и покаяться, то люблю, то ненавижу.