— Разумеется, нет! — Жанна поджала губы. — Я только не знаю, что теперь делать, герцог не оставит в покое ни меня, ни мою семью.
Друзья сидели в ее уютной маленькой комнатке. На улице уже стемнело, едва слышался лай собак в псарне, но уже отчетливо пахло зажаренным оленем, которого герцог все-таки подстрелил.
— Что он еще сказал тебе? — Рамирес нетерпеливо перебил подругу.
— Что если я соглашусь, он подберет мне удачную партию, обеспечит будущее моей семье и Маргери, моей сестре…
Щеки Жанны разгневанно вспыхнули.
— Отблагодарит, значит. — Зло процедил Вильям.
— Но ты не согласишься? — спросил Рамирес.
— Нет и еще раз нет! Как ты можешь так говорить? — Девушка топнула ножкой. — Вот только… Луи служит на северных границах. — Жанна вздохнула. — Герцог грозился послать его в самое пекло.
— Успокойся, дорогая. — Вильям сел рядом с Рамиресом и Жанной на широкую кровать. — В пекло мы пошлем этого развратника-Свейна.
— Если я решусь, то за ужином я должна надеть медальон, который он мне подарил.
Воцарилась пауза. Вильям задумчиво теребил подбородок, Рамирес нервно барабанил пальцами по ноге.
— Есть один выход, дорогая. — Вздохнул Вильям. — Согласишься ли ты?
— Ты же говорил, что мы не можем. — Догадался Рамирес.
— Не можете чего? — С надеждой спросила Жанна.
Вильям еще раз вздохнул.
— Послушай, мы с Рамиресом направляемся в Атлану. Ты никогда не спрашивала нас, откуда мы приехали, почему и куда движемся. Мы предали одного… очень опасного, гм-м-м… человека. Мы должны были выполнить его поручение, но не смогли. Мы — дезертиры, Жанна. Наши принципы и взгляды разошлись, мы бросили службу. Мы бежим в Атлану, куда он не сунется. Во всяком случае, не скоро.
— Хочешь ли ты поехать с нами? — Рамирес серьезно посмотрел на нее. — Это опасно, но все будет выглядеть так, будто ты просто сбежала, а герцог не сможет испортить жизнь тебе и твоей семье.
— И когда-нибудь я смогу вернуться? — Спросила она.
— Сможешь. Он же не бессмертный, твой герцог. — Подтвердил Вильям.
— Я тоже. — Грустно добавила она.
Друзья переглянулись.
— Ну, некоторые существа бессмертны.
— Хватит уже этой болтовни. Не вы ли смеялись над этими суевериями на балу. — Слабо улыбнулась Жанна. — Я только и слышу о всякой нечисти. Это все — глупости и легенды. Давно известно, что люди вытеснили сказочных существ, и никто давно не видел даже цветочных фей.
Снова юноши переглянулись.
— А как же тот случай? Волка ведь не нашли? — Вкрадчиво поинтересовался Рамрес.
— Он снится мне ночами. — Продолжила Жанна, совершенно смутившись, — Вы не будете смеяться надо мной? Скорее всего, это из-за этого. — Жанна многозначительно коснулась забинтованного запястья.
— Нет, что ты. Расскажи. — Вдруг насторожился Рамирес.
— Он приходит ко мне, стоит закрыть глаза. Я не слышу его голос, слова сами приходят в голову. Потом он меняется… Хотя, скорее всего, это оборотень. — Вдруг засомневалась она.
Вильям нахмурился:
— И как он выглядит?
— Смутно помню его лицо… Глаза янтарные, с вертикальным зрачком… — Она смешно наморщила лоб, пытаясь вспомнить. — Острые скулы, тонкие губы. — Жанна задумалась на мгновение. — Эти глаза. Я хорошо запомнила их, они завораживают… У него выбриты виски, на них какие-то татуировки, узоры, волосы собраны в длинную косу. Все как в тумане… Помню, у него на мундире узор из символа.
— Символа? Помнишь его? — Заинтересовался Рамирес.
— Я нарисую.
Вильям заметался по комнате, подошел к маленькому бюро, что стояло возле окна, и протянул девушке бумагу и чернила.
Жанна положила бумагу на колени и стала рисовать.
— Какой странный… — глядя на набросок, сказал Рамирес.
На белом листе бумаги сплетались округлые линии, образуя чашу, в центре который четырьмя росчерками выделялись две буквы. Но Жанна не смогла бы различить их, потому как буквы эти не принадлежали ее миру.
— Неприятный сон. Снится мне после нападения. И рука болит нестерпимо. — Продолжала Жанна шепотом, напоминая испуганное дитя. — Так что, не стоит играть с моим воспаленным разумом, он и так восприимчив ко всяким сказкам. — Она поежилась, точно холодный зимний воздух пробрался в эту светлую комнатку.
Жанна отдала рисунок Рамиресу, тот нахмурился, протянул его другу.
Юноши помолчали.
— Раз тебя мучают такие кошмары, тем более пора бежать. — Резюмировал Вильям. — Но, для начала, проучим герцога.
— Бежать. — Она недовольно скривила личико. — Это еще больше опозорит мою семью.
— По крайней мере, ты будешь в безопасности. Уж это мы тебе гарантируем. — Обиделся Рамирес.
— Проучить герцога разрешаю. А дальше будет видно.
— Ты слышала последние новости с границы Дрейтона? — Поинтересовался Вильям.
Жанна кивнула. Об этом говорили все: беженцы, испуганные, измученные, все твердили о неземных захватчиках, о том, что они брали в плен людей, а те возвращались уже другими. С жаждой крови и алым блеском в глазах.
