– И как вы думаете попасть в замок? – поинтересовался Элрой. – Улицы Амаруна кишат солдатами, которые ищут вас. Вы серьезно думаете, что сможете пройти мимо них и проникнуть в замок незамеченными?
– Мы планировали устроить беспорядки, которые отвлекут солдат.
– Как?
– Планировалось, что Хранители атакуют часть города.
Элрой поднял брови:
– Ты имеешь в виду мертвых Хранителей?
Киран пождал губы: вопрос был риторическим. Элрой откинулся в кресле, стараясь подавить улыбку. Пират вовсе не радовался смерти недавних новобранцев, но был доволен, что у него наконец-то появилась возможность, которую он так долго ждал.
– Я могу вам помочь, – сказал Элрой. – Моя армия выступит на вашей стороне, с ней вам обеспечена победа. Флот, который вы видите с
Киран быстро взглянул на Зейлан, но тут же снова повернулся к Элрою. В глазах принца Неблагих читался неприкрытый скептицизм.
– Такое щедрое предложение ты, само собой, делаешь не по доброте душевной. Чего ты хочешь за свою помощь?
– Бессмертие.
– И все? – удивленно спросил Киран.
Тот кивнул:
– И все.
Возможно, для Неблагого фейри это и было чем-то незначительным, но для самого Элроя дополнительные годы жизни значили все. Они были воплощением его мечты и всем, чего он жаждал с того самого дня, как не стало Хелении.
– Согласен, – сказал Киран. – Я сделаю тебя бессмертным.
Элрой еще раз проговорил эти слова в голове, чувствуя, как они долгожданным эхом отзываются в его сердце. Встретив Ларкина, который якобы раскрыл ему тайну бессмертия, пират думал, что достиг своей цели, и испытал горькое разочарование. Однако на этот раз предательство его надежду не разрушит. Киран исполнит заветное желание Элроя здесь и сейчас, предоставив ему достаточно времени для того, чтобы исследовать весь этот мир ради Хелении.
– Откуда нам знать, что ты и в самом деле поможешь нам? – спросила Зейлан. – Ты с тем же успехом можешь забрать свою армию – и только тебя и видели.
– Даю вам свое слово.
Зейлан нахмурилась, и Элрой взглянул на Рэй:
– Беру ее в свидетели и клянусь своей пока еще короткой жизнью, что вступлю в войну на вашей стороне, если обрету бессмертие. Это – все, чего я хочу.
Рэй неодобрительно хмыкнула. Трудно было судить, то ли она была не согласна с его желанием обрести бессмертие, то ли с намерением принца Диглана вступить в битву.
– Так что? Договорились?
– Договорились, – подтвердил Киран, поднимаясь со своего места. На фейри была все та же изорванная и пропитанная кровью одежда, в которой он прибыл на корабль Элроя. – Можем сделать это прямо сейчас, если хочешь.
Элрой взглянул на Неблагого и впервые за долгое время почувствовал нечто похожее на беспокойство. Он не испытывал страха, но осознание того, что его самое заветное желание исполнится прямо сейчас, заставило сердце в груди пирата забиться быстрее, а ладони тотчас стали липкими от пота. Сегодня утром у него оставалось тридцать-сорок, самое большое пятьдесят лет жизни, а когда Элрой будет ложиться спать, впереди будут еще пять, шесть, а то и семь веков.
– Что тебе для этого нужно?
– Немного. Только связанный магией клинок и твоя кровь.
Нож и немного крови. Элрой фыркнул. Он ожидал, что ритуал будет сложным и длительным. Если Ларкин переживет нападение на Цернунноса, надо будет хорошенько припечатать этого сукина сына.
– Какого элемента жаждет твое сердце?
Элрой поднял брови:
– Серьезно?
Киран тихо рассмеялся:
– Вода так вода. Зейлан?
После секундного колебания девушка вручила Кирану свой серповидный нож.
– Дай мне свою руку, – попросил Киран.
Элрой повиновался, глядя, как фейри перевернул его руку вверх ладонью и поднял лезвие. Медленно опустив клинок, Киран разрезал кожу пирата, и Элрой ощутил небывалую доселе боль. Она жгла, обжигала, словно пылающий огонь, бегущий по венам. Стиснув зубы, пират старался не издать ни единого звука, хоть и чувствовал непреодолимое желание выразить все бушующие в нем мысли и чувства. Из пореза, собираясь на ладони пирата, заструилась алая кровь.
Киран сделал похожий разрез и себе. Элрой заметил, что кожа фейри на ладони уже была в многочисленных шрамах и казалась воспаленной, – видимо, потому что за последние дни он много раз наносил себе такие порезы, создавая ныне уже погибших Хранителей.
Киран соединил свою ладонь с ладонью Элроя. Жжение в ране пирата стало сильнее, и ему пришлось подавить тихий стон. В глазах потемнело, но Элрой из последних сил постарался остаться в сознании. Вот-вот он обретет бессмертие. В его жилах будет по-прежнему течь все та же кровь, но он будет обладать магией, возвышенной над обыденными вещами.
– Моя кровь станет твоей магией, – спокойно сказал Киран. – Твоя магия станет твоей силой, даруя тебе долгую жизнь.
