— Что ж, поезжай, — обречённо произнесла бабуля и ушла в кухню. — Бережёного бог бережёт.
Вещи собраны. С работы я уволилась. Со Стёпкой только не попрощалась, ну он поймёт, когда узнает, что я уехала тайком. Он предупреждал меня, а я ему не верила. Стёпка хороший человек и верный друг. Я-то думала, что он специально оговаривает Влада, а Степан реально заботился обо мне.
Чёрт, как больно. Даже не думала, что Влад так глубоко забрался в моё сердце. При мысли, что я больше не увижу его, душа рвётся на части и протестует против моего решения, но я не могу поступить иначе. Правда оказалась слишком страшной. Пройдёт немало дней, а может лет, прежде чем я вернусь к нормальной жизни. Понятия не имею, чем буду заниматься и как стану жить.
— Пойдём детка, пообедаем. Я приготовила твои любимые котлетки. Грибочков нажарила. Картошечку сварила.
— Иду, бабушка.
Я не голодная, но не хочу обижать бабушку напоследок. Обедали молча. Не думала, что я стану есть. Истинно говорят, что аппетит приходит во время еды. Съела так много всего, как в первый день, когда приехала в Средние Борки. Это было недавно, а, кажется, что уже прошло несколько лет. Как много всего случилось.
Вожусь на кухне, перемываю посуду после обеда.
— К тебе гость, — сказала бабушка. — Он вошёл в дом.
Влад? Чёрт, зачем он здесь. Мне нельзя с ним видеться иначе я позволю ему уговорить себя остаться, а это невозможно.
— Скажи ему, что я зайду позже. Пусть ждёт меня в квартире на Молодёжной улице, — попросила я бабулю.
— Хорошо, — кивнула она и ушла.
Бабушка вернулась и села за стол. Она молчит.
— Бабушка, пора тебе дом «почистить», — сказала я.
— Нежеланный гость? — спросила она. — А я уже подумала, что он поможет мне остановить тебя от очередной глупости.
Она считает мой отъезд из Борок, глупостью? А вот я так не считаю. Местных, наверное, устраивает соседство оборотней, а мне этого не надо. Рисковать жизнью — на это я не согласна. Подумать только — оборотни существуют.
— Всё равно сожги свои травы, — посоветовала я.
— Не поможет моя «чистка», — покачав головой, ответила бабуля. — Видно любовь ваша стёрла все границы.
— Думаешь, он любит меня? — садясь за стол, спросила я.
— Любит, не любит, одному Богу известно и ему самому.
— Ты не обижайся на меня, бабушка. Я уезжаю, потому что так будет лучше для всех.
— Утро вечера мудренее, — сказала бабушка. — Посмотрим, куда тебя выведет.
Нет, нет и нет. Я уезжаю навсегда. Надеюсь, воспоминания сотрутся со временем из моей памяти.
Автобус в шесть и у меня есть в запасе четыре часа. Я могу пойти теперь к Владу, в нашу квартирку и всё объяснить ему. Но ведь ничего не изменится — я не останусь с оборотнем, хоть и люблю его больше жизни. А, может, он правду мне сказал и он никакой не оборотень? Подумаешь, не позволил волку меня обидеть, с этим любой дрессировщик справится.
Нет, что-то мне не по себе, лучше уеду от греха подальше. Попробую справиться без Влада. Попробую, но не уверена, что справлюсь.
В шесть я на перроне. Сажусь в автобус, занимаю своё место по билету. Действую, подчиняясь инстинктам: так плохо мне ещё не было никогда.
Два часа пути и я в Тамбове. Днём мы бы ехали часа три, а ночью трасса пустая и автобус не на каждой остановке останавливается.
От Автовокзала поехала на такси, чтобы не трястись в автобусе. Я соскучилась по Тамбову. Огни родного города пляшут, переливаются, как будто празднуют моё возвращение. Завтра начнётся новая жизнь, в которой не будет Влада, не будет этого скверного городишка, а главное, не будет страшной истории с участием оборотней.
Чёрт, что я делаю?
На полпути, попросила водителя остановить такси. Вышла подышать: меня всё ещё мутит. А ещё эти мысли: разве смогу жить без Влада?
Но ведь и с ним у нас ничего не получится. Я села в автомобиль, и мы поехали дальше по шумным улицам Тамбова. Я дома и я рада, что всё закончилось.
— На перепутье? — спросил водитель, седовласый и розовощёкий мужчина лет пятидесяти.
— Типа того, — хмуро ответила я.
— Своей дочери я бы сказал так — от себя не убежишь, — почёсывая одной рукой лоб, сказал он.
— Так и есть, — согласилась я. — Но обратной дороги нет.
— Дорога есть, было бы желание, — не согласился он со мной.
Я не стала вступать в дискуссию, просто замолчала. Ему хорошо говорить, а если бы его дочь связалась с оборотнем, чтобы он тогда сказал?
— Приехали. Девушка, вы в порядке? Выглядите неважно.
— Всё в порядке, — глухо отозвалась я.
— Улица Советская. Дом какой?
— Можно и здесь остановить. Хотя, нет, сумка тяжёлая. Можно вот в ту арку заехать.
— Можно и в арку, — буркнул водитель.
Кое-как поднялась на пятый этаж — сумка тяжёлая и неудобная. Всегда мечтала купить чемодан на колёсиках, но он стоит кучу денег.
— Доченька моя, я так рада, что ты вернулась. Теперь всё будет хорошо, как раньше.
Придётся поверить маме на слово, иначе сойду с ума.
Чёрт возьми, неужели, я оставила Влада?
— У нас будет ребёнок.
— Ты серьёзно? Разве мы с тобой не обсуждали это? О чём ты вообще говоришь?
