— Послушай, мы можем вот что сделать, — поглаживая жену по плечу, сказал он. — Я спрячу тебя, а стае скажу, что ты уехала к тётке в Тамбов. Когда на свет появится младенец, мы отдадим его в приемную семью, а сами издалека будем помогать нашему ребёнку. — Он посмотрел на жену и тяжело вздохнув, добавил. — Только так мы сможем сохранить ему жизнь.
Предложение ужасное, но Полина встрепенулась, как будто ожила. Её взгляд потеплел, а губ коснулась едва заметная улыбка. Почувствовать себя матерью хотя бы на краткий миг, разве это не счастье? И потом, она ведь будет рядом с малышом, она никому не позволит его обидеть. Она уже знает, кому отдаст ребёнка.
— Мы всё сделаем, чтобы наш ребёнок был счастливым. У нас достаточно денег, чтобы обеспечить ему безбедное будущее. И уж точно не позволим приёмным родителям обижать его, — с оптимизмом сказала Полина и хитро улыбнулась.
— Ты тоже о них подумала? — спросил Глеб.
— Да, — уверенно произнесла Полина. — Они рядом.
Глеб улыбнулся и кивнул, соглашаясь с женой.
— Когда твоя беременность станет очевидной? — спросил Глеб.
— Уже скоро.
— Тебе нужно будет укрыться, затаиться на время.
— А, может, я теперь поеду к тётке? Она сколько раз звала меня погостить. То есть, нас конечно.
— Что ж, пусть так и будет. Напиши и предупреди, что приедешь на некоторое время погостить у неё.
В конце весны Полина вернулась в Сибирь. Одна. Младенца тайно вывезли из Тамбова Алиса с Игорем. В посёлке супруги сказали, что мальчика родила племянница Алисы и, мол, отказалась от ребёнка, а они его забрали, чтобы родная кровь не мыкалась по свету неприкаянно. Алисе Полина сказала, что Глеб отказался от ребёнка, и будто ей удалось уговорить его оставить младенца, не губить. Алиса отнеслась с пониманием, но не могла не скрыть восторга — они с Игорьком так мечтали о детях, а тут такая возможность.
Вскоре разговоры утихли, и жизнь пошла своим чередом. Полина навещала малыша, Алиса ревновала, но виду не подавала. В тайне опасалась, что рано или поздно, Полина потребует вернуть ей сына. Горевала, конечно, но разве могла запретить видеться матери с сыном.
Как-то поздним вечером, Полина пришла расстроенная. Когда Алиса уложила малыша в постельку, Полина разоткровенничалась. Она открылась пред Алисой, поведав ей страшную тайну. Но, к удивлению Полины, Алиса приняла «другую реальность» спокойно. Счастье материнства, которое досталось Алисе в результате смутного происхождения младенца и невозможностью его жизни в семье оборотней, затмило страх перед открывшейся страшной тайной. Она уверилась, что уже никто и никогда не отнимет у неё ребёнка, которого она так полюбила. А ещё через пару дней, Полина сообщила, что они с Глебом вынуждены покинуть посёлок на неопределённое время и эта новость стала ключевой в признании Полины — Алиса торжествовала. Она теперь знала наверняка, что Полина не посмеет отобрать у неё сына.
— Он такой красивый, — склонившись над колыбелькой, сказала Полина и поцеловала мальчика в носик. — Обещай, что он будет жить в достатке и никогда не узнает нужды.
— Полина, милая, ты и представить себе не можешь, до какой степени я счастлива. Ты же видишь, теперь я знаю всю правду о вас с Глебом, но разве осуждаю? Или бегу «звонить» по всему свету, что среди нас свободно разгуливают оборотни? Мне теперь всё нипочём — я теперь мама и это так необыкновенно.
— Мы уходим, но сердце моё останется здесь, рядом с сыном, — призналась Полина. — Смотри, Алиска, если не сбережёшь его…
— Что ты? — вскричала Алиса. — Я справлюсь, честное слово. Вот и няньки уже нашлись — сестра моя Алевтина, ещё Ирина, сестра Игоря каждый день навещает. Оленьку приносит, и они с Владиком играют. Пусть растут родными, мало ли что в жизни их ждёт.
— Пусть так и будет — согласилась Полина. — Не по своей воле уходим, — вздохнув, призналась Полина. — Стая что-то заподозрила. Боюсь, как бы они не вычислили сыночка моего.
— О боже, — встревожилась Алиса. — Объясни, чего нам опасаться?
— Если прикажу уехать из здешних мест, так уедете, поняла? — Алиса кивнула. — Если что-то пойдёт не так, я подам знак, и вы уедете в Средние Борки, моя тётка вам поможет устроиться. Все деньги Глеб переведёт на счёт Игоря, и не дай бог вам обидеть нашего сына.
— Что ты, что ты — запричитала Алиса. — Мы и живём только ради него. Но, как нам уберечься, если стая нападёт на след?
— Мы с Глебом будем рядом, всегда. Вам нечего опасаться, — улыбнувшись, пообещала Полина. — И не бойся, я не стану требовать обратно сына.
Мальчик рос слабый и болезненный. Алиса заботилась о нём и любила, как своё собственное дитя. Ночи напролёт сидела у кроватки, случись ему захворать. Возила к врачам именитым, платила по счетам огромные деньги, но сына выходила. К десяти годам болезни отступили, и мальчик уже ничем не отличался от своих сверстников.
