Дальнейшая территория превращена в буферную зону между городом и населенной больницей. Ее оградили колючей проволокой и минными заграждениями, улицы перекрыли завалами подорванных зданий, но зомби все равно просачивались, а внутренних разъездов не было, поэтому до самой больницы вылезать из машины не стоило.Дядя Коля, с каменным лицом вел машину, напряженный так, что суставы хрустели. Автомат лежал на голенях, снятый с предохранителя и переведенный на автоматический режим стрельбы.
Света с Владом позади нас тоже вооружились и держали автоматы у плеча.
Лишь только когда мы выехали через вторые ворота, и пост оказался позади машины, люди немного расслабились.
- И как успехи? – поинтересовался дядя Коля, размяв мышцы на ходу.
- Так себе, - я покрутил пальцем в воздухе, не зная, что сказать определенно, - почти полтора магазина отдал за то, чтобы нас пропустили.
Дерут, сволочи, в три шкуры и даже не краснеют. А на стене зеки были обыкновенные. Их тут вроде цепных собак держат.
Пугают, но кусают только с разрешения.
- Интересно, кто тут такой умный, что организовал все это под носом у военных? – колесо провалилась в воронку от снаряда, и машину тряхнуло, отчего конец предложения утонул в потоке отборного мата, - Хорошо хоть, уже скоро.
Больница выплыла из-за поворота, более непохожая на себя после воскресения мертвецов, чем что-либо другое. Жиденький решетчатый заборчик сейчас заменила изгородь из часто наваренных друг на друга прутьев, снизу укрепленных земляной насыпью, а сверху защищенная колючкой. На каждом углу стояла смотровые вышки, чуть приподнимающиеся из-под забора и держащие улицу под прицелом пулеметов, затянутые маскировочной сетью. Около входа, закрытого, но охраняемого, вырыли два блиндажа, больше похожих на холмики, но с ровными отверстиями бойниц почти у самой земли. Несколько единиц строительной техники, как бульдозеры или экскаваторы, с помощью которых это все и рыли, сейчас просто бросили неподалеку. Подъезд был расчищен от трупов, хотя рядом с дорогой, в канаве, да и вокруг ограды, мертвые зомби не были такой уж редкостью.
Нам открыли без вопросов, только задержали на минуту, потребовавшуюся для того, чтобы ворота открыли. И за ними начинался совсем другой мир.
Мир Свободной Республики, который мне не очень понравился.
Все свободное место перед больницей занимали машины всех возможных марок, объединяло которых только одно – высокая проходимость. Некоторые были буквально изгвазданы в грязи, что свидетельствовало о большом проделанном пути. Другие уже успели покрыться пылью.
Отдельные машины несли на себе отпечаток одаренной технической и творческой руки, переделанные с учетом современной ситуации. Мощные кенгурятники, забранные решетками стекла, поднятые над дорогой корпуса, сидящие на мощным амортизаторах, выглядели внушительно и вызывали уважение. Для маскировки все тоже были затянуты сетями с зеленой бахромой, но многие и так были перекрашены в различные оттенки зеленого, поэтому с воздуха заметить это все вполне проблематично.
А вот уже у самых стен зданий, в тени, начинались торговые прилавки.
Кажется, здесь буквально собралась вся голытьба и беднота, никуда не девшаяся даже после зомби. А может, просто те, кому не очень повезло.
Вообще, большая удача, что с нами все пошло по такому пути. Мы вооружены, обеспечены и можем постоять за себя. А вот если бы меня все это встретило, скажем, дома. С какой вероятностью я смог бы найти оружие? Или выбраться из безликой массы беженцев, чудом спасшихся из умирающего города? Ведь сколько таких же людей, ничем не хуже и не лучше меня, выброшенные из привычной жизни смрадным приливом мертвечины, со страхом ползали по подвалам, спасаясь от зомби, безоружными в панике метались по улицам, не понимая, что же происходит. Заходили уже в пустые магазины, набравшись смелости выйти или уже просто одурев от голода, только для того, чтобы увидеть пустые полки и выпотрошенные холодильники, так как уже все вывезли. Или выскакивали из парализованных и вставших навек пробок, медленно пожираемых подходящими мертвецами.
Напуганные, потерянные, боящиеся как своих собратьев-людей, так и мертвецов, не имея шансов выбраться из города, в котором уже все улицы были запружены зомби, ютились по подвалам и гаражам, запирались в квартирах или служебных помещениях, без еды и питья. Почти все погибли, а кто-то превратился вот в это, забыв или отбросив за ненадобностью свою прежнюю жизнь. Мир изменился и сломал всех, кто оказался у него на пути.
