Мне в ответ что-то закричали, но понять это я же не смог. Сильная рука схватила меня за плечо и резко дернула назад, так что я потерял равновесие и растянулся на земле. Зомби, один из воскресших охранников, попытался вцепиться мне в лицо, но зубы заскребли по линзам противогаза, не находя, за что зацепиться. Окровавленная голова охранника закрывала весь обзор, елозя зубами по линзам, оставляя желтоватые полосы на плексиглазе. Оправившись от испуга, я ударил его в висок и повалил на бок. Мерзкая тварь, не закрывая пасти, упала на мою раненную руку. Новый приступ боли заставил меня скривиться, но от испуга перед укусом я не мог позволить себе отвлечься. Две ненормально сильные руки вцепились мне в плечи с такой силой, что даже кости заныли. Пальцы зомби были словно каменные. Да и автомат был зажат телом мертвеца, все еще держащего меня за плечи, поэтому я левой рукой выхватил пистолет, чуть не выронив его, и ткнул зомби в пасть. Тварь немедленно захлопнула рот, крепко прижав ствол, что мне, собственно, и надо было. Выстрелив, я понял, что все же ошибся. Пуля спокойно пробила небо и шею, зацепив позвоночник, и вышла с другой стороны, но даже не задела мозг. Осталась только рваная рана с вытекающей с краев кровью. Губы и почти вся задняя часть шеи превратились в ошметки, болтающиеся при каждом движении, а сзади еще торчали кости позвоночника. Резко дернув головой, мертвец вырвал у меня из руки пистолет, но не сразу понял, что его надо выкинуть. Убрав руку, я постарался вытащить и вторую, но зомби схватил ее двумя своими конечностями и ткнул в локоть пистолетной рукояткой, все еще сжимая зубы. Вскрикнув от испуга, что сейчас меня укусят, ударил зомби в лицо кулаком левой и, упершись ногами, все-таки выдернул правую руку из захвата, в очередной раз скривившись от боли в ране. Автомат остался трофеем мертвеца, прижатый его тяжелым телом. Пока он поднимался, я ударил его ногой в лицо, потом еще раз и еще, с каждым разом сильнее и сильнее. Потеряв равновесие, а может, специально, зомби повалился на меня, но я снова ударил в лицо ногой. От встречного удара позвоночник мертвеца не выдержал и переломился в том месте, где его зацепила пуля.
Мешком свалившись на землю, он не переставал сверлить меня взглядом и щелкать челюстью, хотя уже и не мог двигать телом. Чуть отполз от трупа, я тяжело вздохнул, трясясь всем телом. Сейчас я как никогда был близок к укусу. Другие мертвецы, тоже поднимавшиеся, уже или жрали тела убитых, или расползались в разные стороны, на шум стрельбы охраны Подняв свой автомат, я попытался встать.
- Стоять, мразь! – голос был совсем рядом, отозвавшись в нескольких шагах сзади, отозвавшись в голове неприятным звоном. Обращение было не самым доброжелательным, но и не обещало бережного обращения. Упав на колени, я услышал, как над самой головой просвистели автоматные пули.
Развернувшись так, что хрустнула поясница, не целясь, выстрелил на звук выстрелов. Охранник, оказывается, вскочивший на капот ближайшей машины, выронил свое оружие и согнулся, когда несколько пуль угодили ему в живот.
Больше сделать я ничего не успел. Пуля угодила в плечо, почти сразу со звуком пистолетного выстрела. Сила удара крутанула меня на месте, свалив с колен. От боли внутри все оборвалось, а рука так вовсе не слушалась.
Не успел я и пошевелиться, отойти от ранения, как в затылок уткнулось дуло автомата, а спину к асфальту прижала тяжелая подошва сапога.
- Лежи и не двигайся, мразь, - прошипел злобный голос, совершенно незнакомый. Хотя, может быть, просто искаженный фильтром противогаза.
Ствол убрали, и я попытался приподнять голову, получив за это сильный удар прикладом в затылок. В глазах поплыли разноцветные круги, а во рту появился привкус крови, когда сила удара снова впечатала меня в асфальт.
Решив больше не дергаться и отдаться на волю судьбе, я расслабился и попытался успокоиться, прежде чем делать что-то еще. Раз не убили сразу, то вряд ли убьют и позже. Во всяком случае, еще несколько часов у меня есть.
Довольно грубо дернули за волосы и подняли голову вверх. Противогаз сорвали одним рывком, так что крепления чуть не лопнули, заодно сорвав кожу в нескольких местах. Зашипев от боли и неожиданно яркого света, ударившего прямо в лицо, все же успел услышать слова, не очень меня обрадовавшие.
- Какие люди! Я уж думал, что съели тебя где-нибудь десять раз. Хотя, должен сказать, ты меня не удивил. Говорят же, что гавно не тонет.
Когда тебя избивают, а ты не можешь ответить, то постепенно начинаешь по-другому расставлять приоритеты. Вначале хочется ответить, вырваться, не смотря ни на какие путы и наручники. Пытаешься сносить удары без боли или отвечать ругательствами, но довольно быстро все это проходит.
