Панагин ринулся в атаку, но Нездешний, вместо того чтобы отступить, двинулся ему навстречу, отразил свирепый удар и боднул его головой в лицо. Князя шатнуло назад, и Нездешний сделал свой выпад. Панагин отчаянным усилием блокировал его и попятился. Нездешний описал круг, обходя противника. Князь выхватил кинжал и метнул в него. Он пригнулся, Панагин снова атаковал. Нездешний, припав к земле, подцепил князя ногой под правое колено, на которое тот как раз в этот миг перенес свой вес. Панагин тяжело рухнул наземь, а Нездешний вскочил и нанес сверху рубящий удар, раскроив ему череп. С криком боли и ярости Панагин взвился на ноги и снова напал. На этот раз Нездешний отступил влево, вогнал свой короткий меч Панагину в живот, а после взялся за рукоять обеими руками и направил острие в сердце. Князь обмяк, привалившись к нему.
- Это тебе за Мадзе Чау, - сказал Нездешний. - Отправляйся в ад!
Панагин повалился. Нездешний, упершись ногой ему в грудь, выдернул меч и вытер о вышитый камзол князя.
Потом повернулся к своим - и замер. Ниаллад целил в него из арбалета.
- Он назвал вас Нездешним, Серый Человек. - Лицо юноши заметно побледнело. - Это слово означает "странник" или "чужеземец". Скажите мне, что он имел в виду только это и вы не тот предатель, который убил моего дядю.
- Убери оружие, мальчик, - сказал Эмрин. - Этот человек спас тебе жизнь.
- Скажите же! - выкрикнул Ниаллад.
- Что ты хочешь услышать?
- Правду.
- Правду? Хорошо, я скажу тебе правду. Да, я тот самый Нездешний, который убил короля. Я убил его ради денег, и это преследует меня всю мою жизнь. Когда ты убиваешь не того человека, этого уже не исправишь. Поэтому если хочешь выстрелить в меня, то стреляй. Это твое право.
Нездешний стоял неподвижно, глядя на арбалет в руке юноши. Из этого самого оружия он убил короля и многих, многих других. В это застывшее мгновение он подумал, что будет только справедливо, если его убьет из того же арбалета единственный родственник несчастного короля, убийство которого ввергло мир в хаос. Он стоял спокойно и ждал.
В этот миг ветер переменился, и конь Ниаллада почуял запах Устарте. В испуге он взвился на дыбы. Ниаллада швырнуло назад, и он непроизвольно нажал на курок арбалета. Стрела вонзилась Нездешнему в грудь. Он повернулся, сделал три нетвердых шага и упал на траву рядом с Панагином.
Устарте, подоспев к нему первой, перевернула его и вытащила стрелу.
- Я не хотел! - крикнул Ниаллад.
Кива и Эмрин, соскочив с коней, бросились к упавшему, но Устарте отогнала их.
- Предоставьте это мне. - Она с легкостью подняла Нездешнего на руки и унесла в лес.
Открыв глаза, он увидел, что лежит на постели из листьев. Устарте сидела на корточках около него.
- Я уж думал, что он убил меня, - сказал Нездешний, ощупав грудь.
- Он и убил, - с глубокой печалью ответила Устарте.
***
Кисуму смотрел на руины Куан-Хадора. Солнце садилось, и равнина внизу казалась необычайно мирной. Отойдя в сторону от риадж-норов, он достал свой меч. Великая печаль камнем лежала у него на сердце.
Он вспоминал своего учителя My Ченга и долгие годы учения. My Ченг с бесконечным терпением наставлял его в тайнах Пути Клинка, стремясь превратить его в живое оружие. Меч не есть продолжение человека, говорил учитель, это человек должен стать продолжением меча. Ни страха, ни волнения. Раджни исполняет свой долг в спокойствии и гармонии, чего бы это ему ни стоило. И Кисуму всеми фибрами своего существа старался постичь эту науку. Его мастерство сделалось выше всяких похвал, но достигнуть уровня My Ченга ему все-таки не удавалось.
"Когда-нибудь это придет к тебе, - сказал My Ченг, - и тогда ты станешь настоящим раджни".
Три года спустя Кисуму поступил в телохранители к купцу Ли Фангу. Очень скоро он понял, зачем купцу понадобился раджни в охранники. Ли Фанг был порочен до мозга костей. В круг его интересов входила торговля женщинами, рабами и смертельно опасным дурманом. Узнав об этом, Кисуму поднялся в покои Ли Фанга и объявил, что не может более быть его телохранителем.
"Ты дал мне слово, раджни, - вскипел Ли Фанг, - а теперь хочешь оставить меня без защиты!"
"Я останусь у вас до полудня завтрашнего дня, - сказал Кисуму. - Пусть ваши слуги с утра поищут вам другого телохранителя, я же смогу уйти".
Ли Фанг обругал его, но ругань для молодого раджни была пустым звуком. Честь не позволяла ему оставаться в услужении у такого человека. Кисуму вышел на галерею и увидел, что по лестнице тихо поднимаются две фигуры в масках и плащах с капюшонами. Он заступил им дорогу с обнаженным мечом, и они заколебались.
"Уходите, и я оставлю вам жизнь", - сказал Кисуму.
Люди в масках переглянулись. У них мечей не было - только кинжалы. Они попятились вниз. Кисуму шел за ними. Сойдя с лестницы, они повернулись и бросились бежать.
Тут на свет вышла еще одна фигура, и это был My Ченг.
