- Мои помощники покажут тебе образцы товаров, государыня. Надеемся, что ты останешься довольна.
Теламония сопровождали четверо мужчин, которые несли свертки красного, синего и пурпурного шелка, по виду - отличного качества; а еще расписные сосуды с мастикой и вином.
- Возьми в руку, госпожа, - предложил Теламоний, разворачивая синий шелк. - Иная ткань хоть и выглядит дорогой, а потрешь пальцами - вся краска на них останется, сомнешь - потом не расправишь.
Поликсена невзначай подняла глаза на его помощников: и в одном из них, чуть не вскрикнув, наместница узнала Калликсена. Она была готова ко всему, но к такому… Коринфянка едва совладала с собой, притворившись, что внимательно разглядывает ткани.
- Шелк, без сомнения, хорош, а вино нужно отведать. Может быть, угостите меня?
- С радостью, царица.
Ей налил сам Калликсен. Держался афинский полемарх превосходно: никто посторонний не заподозрил бы, что он не тот, за кого себя выдает. Или, вернее сказать, - что он нечто большее, чем просто помощник триерарха, каковым сейчас и был…
Когда чаши наполнились черным вином, молодой раб, наблюдавший за этим, в тревоге шагнул вперед; но Поликсена остановила его.
- Вряд ли наши хиосские друзья задумали меня отравить. Иначе живыми они не уйдут, как и все их товарищи, ведь верно?
Вино оказалось на вкус столь же восхитительно, как и на вид. “За нашу встречу, полемарх, - подумала Поликсена, встретившись глазами со старым знакомым и родичем. С тем, кто, вероятно, всю жизнь помнил их единственное любовное свидание. - За нашу встречу и твой успех, потому что я в тебя верю…”
- Как всегда, достойно стола самого Дария, - сказала царица, опуская чашу. Калликсен поклонился.
- Тебе, как я вижу, понравились и наши ткани. Этот отрез мы принесли тебе в подарок, - сказал он, принимая у другого помощника штуку пурпурного шелка. - Мы и не предназначали это для продажи: носить пурпур достойны только ты и твои приближенные…
- Царский подарок, - сказала Поликсена с улыбкой.
Она забрала ткань у Калликсена и погладила ее. Потом передала слуге, который недавно испугался, что ее вино отравлено.
- Отнеси в мои покои и проследи, чтобы никто не тронул. Я тебя вознагражу, - обещала царица.
Раб растерялся; а потом ей показалось, что он понял. Другого выхода все равно не было - кроме как положиться на догадливость и преданность этого слуги. С поклоном иониец ушел, бережно держа ткань на обеих руках.
Некоторое время Поликсена и хиосские гости обсуждали товары и цены, но почти не торговались. Договорившись, что будет продано во дворец, а что выставлено на рынке, они снова выпили вина и распрощались по-доброму. Афинянин больше не сказал Поликсене ни слова.
Конечно, на людей, которые находятся в чьей-то свите, обращают мало внимания; но все равно - какое бесстрашие! Наверное, это был лучший способ снова осмотреть город и дворец, как и подступы к нему…
Поликсена поспешила к себе, чтобы получше взглянуть на подарок. Молодой раб все это время ждал в ее спальне - пурпурный шелк, скатанный в рулон и аккуратно свернутый, лежал на столике.
- Я ни на шаг от него не отходил, царица, - сказал юноша, покраснев от волнения. Поликсена, радуясь его сообразительности, потрепала слугу по темным кудрям.
- Как тебя зовут?
- Делий, госпожа.
- Получишь пять мин, - обещала Поликсена. - Приди завтра утром, я сама тебе заплачу.
Делий, сияя от счастья, опустился на колени и поцеловал ее платье. Возможно, этот мальчик ей еще пригодится…
Но когда раб ушел, Поликсена тотчас забыла о нем, сосредоточившись на подарке. Она не сомневалась, что в этот сверток закатано послание: так и оказалось.
Письмо было написано рукой Калликсена. Он сердечно поприветствовал ее, а потом сразу перешел к делу.
“Я знаю, в какое время ты бываешь в гавани, - писал афинский флотоводец. - Нам нужно срочно поговорить с глазу на глаз, но уже теперь я сообщу тебе то, что тебе следует знать прежде всего. На Хиосе я спрятал двоих детей Дариона, которые могут очень пригодиться нам в этой войне. Я могу привезти их сюда и отдать в твои руки…”
- Я так и знала, - вырвалось у Поликсены.
“Еще да будет тебе известно, что армия Тизаспа, величиною в двадцать тысяч, зимовала на Самосе: осенью он получил персидское войско в Египте, используя маленьких наследников. Сам Тизасп мертв - я напал на него в море по дороге с Хиоса; но наверняка у персов быстро сыскался другой предводитель. Охотников было много.
Остальное обсудим при встрече, царица, а когда она состоится - решать тебе”.
- Завтра, - прошептала Поликсена, вставая.
========== Глава 185 ==========
Царица явилась в гавань в обычный час, с утра, - зимой у нее было больше свободного времени, чем раньше, потому что не приходилось принимать заморских послов и гостей; но скоро они опять будут являться во множестве.
“Да уж, такие гости, что только держись…”
Поликсена насмешливо улыбнулась своим мечтаньям, склонив голову к шее вороного: она поняла, что, вопреки всему, надеялась оставить Ионию за собой. Сохранить ее для своих детей под собственной властью… А почему бы и нет?
