- Я просила за него. И так будет лучше и для брата, и для тебя, - не таясь, ответила Поликсена.
Тимей покраснел.
- Что лучше? Сидеть и не высовываться?..
- Да, - резко сказала коринфянка.
Несколько мгновений они со всем жаром невысказанных взаимных обвинений вглядывались друг в друга. Потом незнакомое накрашенное лицо Поликсены смягчилось, в темных глазах блеснула мольба. Она положила свою прохладную в кольцах руку на локоть молодого воина.
- Послушай, так действительно лучше для вас и для всех эллинов. Сейчас ты этого не поймешь… но поверь мне! Скоро ты все узнаешь!
Ее мольба была почти повелительной. Тимей замер под ее взглядом.
- А где остальные?
- Большая часть греков уехала в Навкратис. В наш египетский город. Так тоже будет лучше для них, - прибавила Поликсена. – А учитель остался в Мемфисе вместе с самыми любимыми учениками, и фараон часто советуется с ним!
Тимей, слушая эту девушку, готов был уже схватить ее, как Ликандр его самого, и заставить сказать все как есть… но известие о Пифагоре повергло молодого воина в несказанное изумление.
- Это правда? Пифагора сейчас принимают во дворце?
Поликсена кивнула.
- Да… и непременно передай это Филомену, - потребовала она. – Скажи, что учитель остался в городе Птаха по доброй воле, а ему и тебе нельзя там появляться, как и в Саисе!
- Почему? – тихо спросил Тимей.
Забрезжила какая-то догадка… но так и не оформилась в мысль.
- Много причин, - ответила коринфянка. – Если я захочу объяснить тебе их все, нам не хватит целого дня. А у нас нет и часа!
Оба взглянули в сторону, где дожидалась стража Поликсены.
- Ты пленница здесь? – спросил Тимей.
- Считай, что так… меня в Саисе держат многие цепи, невидимые глазу, кроме долга перед моей госпожой, - ответила Поликсена. Так могла бы сказать египтянка, вдруг подумал Тимей. – Я так же служу престолу Хора – и такая же пленница, как ты и Филомен. И если ты любишь моего брата, - сжав кулаки, страстно продолжила коринфянка, - если ты любишь свою Элиду, всю Грецию, ты передашь Филомену мои слова в точности и удержишь его на месте!
- До каких пор? – резко спросил Тимей.
- Вам сообщат, как только будет можно, - ответила наперсница божественной Нитетис.
Тимей грустно усмехнулся. Несмотря ни на что, его не покидало чувство, что Поликсена предала их.
- Ты ведь понимаешь, женщина, что твой брат не может уехать, пока ты здесь!
- А куда ему уехать? – сурово спросила в ответ Поликсена. – В Коринфе ему появляться нельзя, разве он тебе не говорил? На Самосе тем более!
- А что творится на Самосе? – перебил Тимей.
Поликсена закусила губу, точно сказала лишнее.
- Ничего. Так ты выполнишь мою просьбу?
Тимей кивнул.
- Что именно от нас требуется?
- Оставаться в Дельте и ждать. Это не самое плохое место, верно? – Поликсена слабо улыбнулась.
“Дивное место”, - чуть не сказал Тимей.
- Хорошо, - произнес он вслух.
Они опять надолго замолчали, но в этом молчании не было более враждебности – только отчаянное стремление донести свою мысль без слов.
- Ах, если бы Филомен был здесь!.. – Тимей ударил кулаком о колонну, ему вдруг захотелось разбить голову об нее от сознания своей беспомощности. – Ты говоришь как пифия! Филомен бы понял тебя гораздо лучше меня!..
- Да, я тоже так думаю – он бы понял лучше, - тихо произнесла Поликсена, слегка улыбнувшись. – Тебе трудно усидеть на месте… ты хочешь войны, Тимей? Ты хочешь славы? – неожиданно спросила она.
Еще совсем недавно он без колебаний ответил бы “да”. Но сейчас вдруг вместо триумфального шествия, вместо неисчислимых сокровищ врага, взятых с боя, Тимей увидел перед собою собственную сожженную деревню и убитую семью. Видение было таким ярким, что он вздрогнул.
- Я не знаю, хочу ли войны, - сказал лучший друг Филомена.
Поликсена грустно улыбнулась. Казалось, ей предстало в эти мгновения то же, что и ему.
- Видишь, как все зыбко! И нет ничего хуже, чем действовать вслепую!
Тимей кивнул, опустив глаза. Опять явилась какая-то догадка, которую он так и не успел ухватить. Может быть, Филомен…
- Мне пора… Гелиайне, - сказала Поликсена, ласково коснувшись его щеки. – Будь здоров. И передай брату, что я люблю его и тоскую.
В темных подведенных глазах ее появились слезы. И Тимей, сам от себя такого не ожидая, поклонился ей, будто восточной царице.
Поликсена быстро скрылась среди молящихся, а паломник еще долго стоял за колонной, пытаясь постичь, какой знак только что явила ему великая богиня.
Лишь покинув храм и получив назад свое оружие, он вспомнил об Аргеаде. С мыслями о киренеянине Тимей дошел до гостиницы; но юноша так и не вернулся.
“Отправился домой”, - подумал Тимей.
Но смутная тревога осталась. Как же он не выяснил, кому служит этот красавчик-киренеянин!
Тимей быстро собрал оставленные в гостинице вещи и, не мешкая, отправился прочь из города. Что бы ни означали таинственные угрозы Поликсены, ему не следовало задерживаться в Саисе ни одного лишнего часа.
========== Глава 24 ==========
