— Пустое, все у нас есть, и пикирующие «штуки» и истребители, — Геринг очнулся, и вышел из апатии. Бесцеремонно перебил гросс-адмирала, и говорил настолько уверенно, что Гудериан сразу заподозрил рейхсмаршала в неискренности. Возникло ощущение, что тот вообще не занимался поручением, или делал все крайне небрежно, что за ним замечали постоянно. Да и глаза как-то ненормально блестят, будто не здоров.
— Сразу по вступлению «Гнейзенау» в строй кригсмарине, на верфь будет отправлен «Шарнхорст» — к этому моменту для него будут готовы 38 см орудия, вместе с новыми двух орудийными башнями, так что работы займут три-четыре месяца, и корабль войдет в строй флота к лету.
— Медленно, Редер, медленно, впереди целый год, а воевать нужно сейчас. И будет трудно — у нас всего три линкора с 38 см пушками, их против Королевского флота мало, но должно хватить, чтобы полностью прекратить проводку конвоем из Америки большевикам.
Несмотря на громко сказанные слова, особой уверенности в них не послышалось. Видимо, сам Гитлер хорошо понимал слабость кригсмарине в Северном и Норвежском морях. Все же всего три линкора и пять менее мощных кораблей не те силы, с которыми можно бросить вызов Королевскому флоту. А потому словно уцепившись за спасение, фюрер спросил.
— А как у нас обстоят дела на Средиземном море?
— Линкор «Страсбург» будет полностью готов через три месяца, мы на него перевели половину экипажа «Гнейзенау» и набрали около двухсот французских моряков, наиболее лояльных к рейху. Но как только будет полностью готов германский экипаж, всех им спишем на менее ценные корабли, во избежание возможных инцидентов и саботажа.
Предусмотрительность Редера пришлась по душе командующему панцерваффе — он прекрасно помнил взгляды французских моряков в Тулоне. С них станется пронести на борт «адскую машину», чтобы подорвать артиллерийский погреб, а то, что будут устраивать поломки, тут можно не гадать. Но в тоже время без помощи пока не обойтись — незнакомые корабли, как и любую технику, очень трудно осваивать. С танками тут намного проще — экипажи для тех же британских «матильд» готовили за две недели — достаточный срок, необходимый для переучивания.
— Но чтобы подготовка была на должном уровне, она затянется не менее, чем на полгода. Но за это время будет полностью отремонтирован «Дюнкерк», и подготовлен для него экипаж. И к следующему лету этот корабль будет полностью боеготовым. Также можно рассчитывать на три тяжелых крейсера «Блюхер», «Адмирал граф Шпее» и «Гинденбург», это бывшие французские «Алжир», «Дюпле» и «Фош». Итальянцы отказались от «своей» доли, мой фюрер, у них просто нет топлива. К тому же они приняли обязательство к следующему лету достроить для нас «Бисмарк», это их линкор «Имперо», корабль находится в высокой степени готовности.
— Зато взамен одного недостроенного линкора и передачи нескольких заводов для производства танков и самолетов дуче получил от нас Корсику, Савойю и Ниццу. Это более чем щедро за те их два «старых корыта», которые вместе с крейсером галлов пошли не нам, а этому прохвосту каудильо, а также в «довесок» Марокко с мавританскими землями. И то этот «коротышка» торговался как еврей на палестинском базаре, все ему было мало, старался заграбастать себе всего побольше. Это мы им даем, а они пользуются нашей добротой. Но иначе нельзя — промышленность и население всех вассальных к нам стран должно быть полностью вовлечено в войну, в которой решается судьба мира на тысячу лет…
— Надо нанести хотя бы один удар по Гонолулу, ваше превосходительство. Мы должны показать американцам, кто новый хозяин в здешних водах. Поверьте, риск того стоит — второго позора они не перенесут.
