В остальном квартира была хороша. Она располагалась на последнем из семи этажей, лестничная площадка здесь сужалась, и, когда Камилла стала подниматься, у нее возникло ощущение, что она пробирается в тайное убежище. Мансардные потолки в спальне и ванной комнате придавали месту еще больше уюта. Отпирая дверь, хозяин заверил Камиллу, что после отъезда предыдущего жильца был сделан капитальный ремонт. И в самом деле: стены были безупречно белыми, деревянный паркет переливался золотистыми оттенками, и этот контраст еще больше подчеркивал теплоту комнаты.
– Я беру.
– Вы уверены? То есть, я хочу сказать, конечно. Конечно, мадемуазель. Вам здесь будет очень хорошо, – добавил он, убеждая скорее себя, чем Камиллу.
Она достала из сумки папку со всеми необходимыми документами. Там были справки о зарплате за последние три месяца, налоговая декларация, квитанции об оплате прежней квартиры и копия удостоверения личности.
– А ваш супруг не хочет взглянуть? – вдруг заволновался хозяин.
– В этом нет необходимости. Мы всегда согласны друг с другом.
Мужчина на секунду замешкался, но в конце концов кивнул и взял папку с документами. Поскольку зарплата Камиллы была меньше трехкратной арендной платы, что требовалось по закону, она попросила Жерома помочь ей, и тот согласился без лишних вопросов. Вот уже три года, как они по вторникам, вместе с небольшой группой человек из десяти, бегали по улицам Парижа. И хотя разговаривала она с ним мало, ладили они неплохо. По крайней мере, достаточно хорошо для того, чтобы он согласился выступить в роли ее супруга на время поиска квартиры.
С сосредоточенным видом хозяин стал перелистывать одну за другой страницы досье. Камилла не удивилась. С первого момента их знакомства этот человек показался ей чрезвычайно педантичным. Пожимая ему руку, она представила себе, как он сидит за своим столом, раскладывая тщательно заточенные карандаши в строго определенном порядке. Она была уверена, что он из тех людей, которые оставляют абсолютно одинаковое расстояние между лежащими на столе ручками.
Бухгалтер, без сомнения. Бухгалтер, чемпион по шахматам с инсектарием в отдельной комнате.
– Я просмотрю все это и сразу же свяжусь с вами…
Он поднял голову и внимательно посмотрел в глаза Камилле, словно пытаясь определить степень ее честности. Внезапно на него навалилась сильная усталость, он будто постарел на десять лет. Протяжно вздохнув, он постучал нижним краем папки по столу, чтобы собрать все бумаги вместе.
– На самом деле всё в порядке, мадемуазель. Я согласен сдать вам квартиру.
Быстрым движением он достал из портфеля несколько документов.
– Вот договор аренды. Возьмите его сегодня, прочитайте вместе с вашим мужем, а подписать мы можем на следующей неделе. Согласны? А вы к тому времени успеете оформить страховку.
Кончиками пальцев Камилла ухватилась было за протянутые ей бумаги, чтобы скорее сунуть их в сумку, но мужчина порывистым жестом придержал их, на секунду закрыл глаза и наконец окончательно ослабил хватку. Затем решительным шагом, не оглядываясь, направился к двери.
Выйдя из подъезда, Камилла еще раз пожала ему руку и повернула направо, потому что он повернул налево. Пройдя несколько метров, она толкнула дверь ближайшего бара, села у стойки и заказала бокал белого вина. Камилла сделала глоток и, когда прохладная жидкость согрела ее изнутри, почувствовала, как расслабляются мышцы.
Теперь у нее была квартира, в которой она могла жить одна, зарплата, которая впервые в жизни позволяла ей скромно содержать себя, и работа, которая ей нравилась.
После второго глотка Камилла почувствовала легкое опьянение, но прежде всего бесконечную свободу.
Маргарита смотрит из окна своей квартиры. Ей нравится наблюдать за улицей, за разными проявлениями жизни, за тысячами историй, которые разыгрываются под цинковыми крышами столицы. Она живет на седьмом этаже парижского дома в одиннадцатом округе и каждое утро не может оторваться от этого зрелища, как будто видит его впервые. Она уверена, что дома на противоположной стороне улицы каждый день освещаются солнцем по-разному.
Париж течет в ее жилах с самого детства, и она не может представить себе, что жила бы где-то еще. Наверное, потому что никогда не пробовала. Она прекрасно понимает, что слишком городская и не проживет и дня в суровых условиях деревенской жизни. Для кого-то все наоборот, а для нее именно так и не иначе. Кто-то верит в природу, а она – в людей. Несмотря ни на что.
Она почти родилась в этой квартире. Во всяком случае, именно здесь, в этих стенах, она росла и созревала год за годом. Бесчисленное количество раз она видела, как деревья у ее дома наряжаются в краски осени, а улица, по которой она ходит каждый день, помнит ее девочкой, девушкой и взрослой женщиной.
