Отвечаю: как уже было сказано (1), священник освящает это таинство не своей собственной властью, а как служитель Христа, от лица Которого он освящает это таинство. Но его порочность не отрицает того, что он – служитель Христа, поскольку у Господа есть как добрые, так и дурные слуги. Поэтому Господь говорит: «Кто же верный и благоразумный раб?», и несколько ниже добавляет: «Если же раб тот, будучи зол, скажет в сердце своем…» и так далее (Мф. 24:45 – 50). И апостол говорит: «Каждый должен разуметь нас как служителей Христовых», и несколько ниже добавляет: «Хотя я ничего не знаю за собою, но тем не оправдываюсь» (1 Кор. 4:1 – 4). Таким образом, он был уверен, что он – служитель Христа, однако не был уверен, что праведен. Следовательно, человек может быть служителем Христа, не будучи при этом праведным, что связано с совершенством Христа, Которому, как истинному Богу, служит и доброе, и злое, поскольку все определено Его провидением к Его славе. Отсюда очевидно, что священники могут освящать Евхаристию даже в том случае, если они не благочестивы, а грешны.
Ответ на возражение 1. Здесь Иероним осуждает заблуждение тех священников, которые полагали, что достойны освящать Евхаристию уже только потому, что они – священники, пускай даже грешные. Иероним осуждает их, ссылаясь на то, что оскверненным людям запрещено приступать к алтарю. Однако это нисколько не препятствует тому, чтобы предлагаемая ими жертва была истинной жертвой.
Ответ на возражение 2. Приведенным словам папы Геласия предшествуют следующие: «Сей наисвятейший обряд католического благочиния требует к себе такого почтения, что никто не смеет приступать к нему с нечистой совестью». Из этих слов явствует, что смысл сказанного состоит в том, что грешный священник не должен приступать к этому таинству. Поэтому его последующие слова: «Как может призванный Святой Дух низойти», должно понимать так, что Его нисхождение связано не с заслугой священника, а с властью Христа, слова Которого произносит священник.
Ответ на возражение 3. Один и тот же акт может быть злым как исполненный с дурным намерением слуги и добрым как связанный с добрым намерением господина. Поэтому благословение греховного священника как действующего недостойно заслуживает проклятья и предполагает не молитву, а богохульство и хулу, но как произносимое от лица Христа оно свято и действенно. В этом-то и состоит смысл сказанного: «Прокляну ваши благословения».
С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что литургия, отслуженная нечестивым священником, столь же значима, что и литургия, отслуженная священником праведным. Так, в регистре папы Григория сказано: «Увы, велика западня, в которую попадают те, которые полагают, что некоторые могут освящать божественные и прикровенные тайны больше, чем другие, как будто эти тайны прикровенно и невидимо не освящает один и тот же Святой Дух». Но во время литургии отправляются именно эти прикровенные тайны. Следовательно, литургия, отслуженная нечестивым священником, столь же значима, что и литургия, отслуженная священником праведным.
Возражение 2. Далее, как крещение сообщается служителем посредством силы крестящего Христа, так и это таинство освящается от лица Христа. Но крещение не становится лучше оттого, что производится лучшим священником (64, 1). Следовательно, и литургия не становится лучше оттого, что отправляется лучшим священником.
Возражение 3. Далее, заслуги священников различаются не только как хорошее и лучшее, но и как хорошее и плохое. Поэтому если отслуженная лучшим священником литургия является лучшей, то из этого следует, что отслуженная плохим священником литургия должна быть плохой. Но это неразумно, поскольку, как говорит в своем труде «О крещении [против донатистов]» Августин, злоба служителей не затрагивает тайны Христовой. Следовательно, литургия, отслуженная лучшим священником, не является лучшей.
Этому противоречит сказанное в «Декреталиях»: «Чем достойней священник, тем вернее он знает о нуждах тех, о которых молится».
Отвечаю: в литургии нужно различать две вещи, а именно: главное, что в ней есть, то есть само таинство, и молитвы, которые возносятся в литургии за живых и мертвых. Что касается непосредственно литургии, то литургия, отслуженная нечестивым священником, столь же значима, что и литургия, отслуженная священником праведным, поскольку обоими предлагается одна и та же жертва.
