Ответ на возражение 3. Как явствует из вышесказанного (65, 3; 80, 11), получение этого таинства не столь необходимо, как получение крещения. И потому в случае настоятельной потребности мирянин может крестить, однако исполнять это таинство он не может.
Ответ на возражение 4. Епископ наделен властью воздействовать от лица Христа на Его мистическое тело, то есть Церковь, каковой власти священник при своем посвящении не получает, хотя и может быть уполномочен на это своим епископом. С другой стороны, все, что не связано с мистическим телом, например освящение этого таинства, не является прерогативой епископа. Однако епископ вправе предоставлять не только мирянам, но и священникам то, что позволяет им исполнять соответствующие им обязанности. И коль скоро освящение мира, благословение святого елея и елея больных и других святимых вещей, а именно алтарей, церквей, одеяний и священных сосудов, делает их пригодными для использования в таинствах, каковое исполнение является обязанностью священников, то такие освящения приличествуют епископу как главе всего церковного порядка.
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что несколько священников не могут освящать одну и ту же гостию. Ведь мы уже показали (67, 6), что несколько человек не может одновременно крестить одного. Но сила священнического освящения не уступает силе крещения человека. Следовательно, несколько священников не могут одновременно освящать одну гостию.
Возражение 2. Далее, исполнение несколькими того, что может быть исполнено одним, является излишеством. Но в таинствах не должно быть ничего лишнего. Следовательно, коль скоро для освящения достаточно одного, то дело представляется так, что несколько освящать одну гостию не могут.
Возражение 3. Далее, Августин называет это [таинство] «таинством единства»[210]. Но множество, пожалуй, противно единству. Следовательно, похоже, что освящение несколькими священниками одной и той же гостии несовместимо с таинством.
Этому противоречит следующее: по обычаю некоторых церквей только что рукоположенные священники отправляют обряд вместе с посвятившим их епископом.
Отвечаю: как уже было сказано (1), при рукоположении священник возводится до уровня тех, кто получил силу освящения от Господа на тайной вечере. А так как апостолы вечеряли вместе с Христом, то в некоторых церквях придерживаются обычая совместного отправления обряда теми, кто был посвящен недавно, и посвятившим их епископом. Однако это не влечет за собой многократного освящения одной и той же гостии, поскольку, по словам Иннокентия III, намерение каждого должны быть определено к единому моменту освящения.
Ответ на возражение 1. Мы знаем, что Христос, вменяя апостолам обязанность крестить, Сам вместе с ними не крестился, и потому приведенная аналогия неуместна.
Ответ на возражение 2. Если бы каждый священник действовал посредством собственной силы, то другой отправитель таинства был бы излишен, поскольку достаточно одного. Но коль скоро священник не освящает иначе, как только от лица Христа, и коль скоро многие суть «одно во Христе» (Гал. 3:28), то освящается ли это таинство многими или одним, не имеет значения, лишь бы был соблюден церковный обряд.
Ответ на возражение 3. Евхаристия является таинством церковного единства, обусловливая то, что многие становятся «одно во Христе».
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что распределять это таинство приличествует не только священнику. В самом деле, кровь Христа относится к этому таинству в той же мере, что и Его тело. Но кровь Христа распределяется дьяконами, в связи с чем блаженный Лаврентий пишет блаженному Сиксту: «Постарайся найти достойного служителя, которому ты мог бы доверить распределение крови Господней». Следовательно, на том же основании [мы можем сказать, что] и распределение тела Христа приличествует не только священникам.
Возражение 2. Далее, священники – это назначенные служители таинств. Но это таинство завершается в освящении материи, а не в ее использовании, к которому относится распределение. Следовательно, похоже, распределение тела Господня не приличествует священнику.
