— Лучше все же или выправить разрешение, или освободиться от оружия. И не предпринимайте ничего, пока я не приеду. Сидите тихо.
— Хорошо.
— Договорились. Помните, я позвоню в течение часа. А теперь идите и делайте все, как я сказал.
В двадцать минут двенадцатого Мейсон поднялся по ступенькам в вестибюль многоквартирного дома и нажал кнопку звонка у таблички с именем Элен Ридли. Почти тотчас же послышался шум. Это открылась входная дверь. Мейсон вошел, отыскал лифт и поднялся на третий этаж. Пройдя по коридору, он нашел нужную квартиру и постучал в дверь. Дверь мгновенно распахнулась. Мужчина приветливо поклонился и протянул руку — тот самый мужчина, который выдал Коре Фелтон чек на десять долларов.
— Мистер Мейсон, рад видеть вас. Перри Мейсон, знаменитый адвокат. Это удовольствие. Входите, пожалуйста.
— Я хотел бы видеть мисс Ридли, — сказал Мейсон, двигаясь вперед по полутемной прихожей.
— К сожалению, у мисс Ридли страшно болит голова, — начал мужчина и вдруг резко оборвал себя. — О… о…
Дело в том, что Мейсон вошел в комнату, и свет упал на его лицо. Мужчина узнал его. Голубые глаза за очками, от которых на переносице виднелся красный след, смотрели сосредоточенно.
— Мистер Мейсон! — воскликнул мужчина. — Я не знал, что вы были… что мы встречались раньше.
— Я действительно
— Когда я расплачивался с претендентками, которые не подошли.
— Правильно.
Мужчина потер уголок рта.
— Это осложняет ситуацию, — медленно произнес он.
— Каким образом?
— Ну… я хотел узнать, что вас с этим связывает.
— А я хотел бы знать, — подхватил Мейсон, — что связывает с этим вас! Ваше имя?
— Я… я представитель мистера Хайнса.
— А вы не сам мистер Хайнс?
— Ну… будем считать, что я его представитель.
— Я спрашивал, как вас зовут.
— Ладно, если это важно, зовите меня Роберт Довер Хайнс.
— Это важно, — сказал Мейсон. — Сядьте. Где Элен Ридли?
— Я же сказал вам, у нее страшно болит голова.
— Это не согласуется с моим пониманием ситуации. Ладно, давайте напрямик. Что это за игра?
— Но, дорогой мистер Мейсон, уверяю вас, что… Скажите, пожалуйста, почему вас это интересует?
— Я хочу поговорить с Элен Ридли.
— Это невозможно.
— Не бывает ничего невозможного. Этот телефон подключен, не так ли?
— Да, но не вижу, чем он может помочь.
— Моя информация такова, — мрачно сказал Мейсон, — что с мисс Ридли видеться можно. Я хочу поговорить лично с ней, и теперь же. Я хочу, чтобы она доказала, что она та, за кого себя выдает. Если она этого не сделает, я позвоню в полицию.
— А что вы собираетесь им сообщить? — вкрадчиво спросил Хайнс.
— Это вы узнаете, когда я буду говорить. — Тон Мейсона был сух. — Если вас распирает любопытство, скажите только, и я начну сейчас же.
Хайнс в задумчивости потер подбородок.
— Это и в самом деле большая неприятность. — Он все еще был учтив.
— Для кого?
— Для всех, кого это касается.
— Это касается меня, — сказал Мейсон, — и я не думаю, что это может принести мне неприятности.
— Могу я спросить, как вы нашли эту квартиру?
— Спрашивайте все, что хотите. Если я сочту нужным ответить, я отвечу. Если нет — нет. А пока что — где Элен Ридли?
— Мистер Мейсон, не будем ссориться. Обсудим все как здравомыслящие люди. В конце концов можно же договориться. Думаю, если вы будете откровенны и скажете мне…
Мейсон быстро прошел к закрытой двери и дернул за ручку. Она вела в уборную. Хайнс бросился к адвокату.
— Вот что, мистер Мейсон, — сказал он. — Вы не имеете права обыскивать квартиру. Я настаиваю, чтобы вы…
Мейсон оттолкнул его и дернул ручку следующей двери. Это была спальня, и там, сложив руки на коленях, сидела Адель Уинтерс с торжествующей улыбкой на лице. Рядом с ней сидела брюнетка, сложением и всем видом сильно напоминавшая Кору Фелтон. Она была явно испугана.
Перри Мейсон поклонился:
— Мисс Ридли?
Выглядывая из-за его локтя, Хайнс сказал:
— Да, это мисс Ридли.
— Как ваша голова? — спросил Мейсон.
— Я… Я…
— Нет, — запротестовал Хайнс. — Это все в высшей степени беззаконно, мистер Мейсон.
— Вот телефон, — предложил Мейсон. — Вызовите полицию. Пусть меня арестуют.
— Мистер Мейсон! — снова вскричал Хайнс. — Будем говорить разумно!
— Это меня устраивает, — согласился Мейсон. — Сейчас ваша очередь. Разыгрывайте пьесу, а я буду подавать реплики.
— Давайте перейдем в другую комнату и сядем.
— Дамы, полагаю, присоединятся к нам?
Эва Мартелл, которую в основном имел в виду Мейсон, беспомощно смотрела на Хайнса. Зато Адель Уинтерс была уже на ногах.
— Пойдем, дорогая, — сказала она и добавила: — Это, по-видимому, мистер Мейсон, который звонил час назад.
— Он самый, — подтвердил Мейсон.
— Если вы не возражаете, я поведу разговор, — резко вмешался Хайнс.
— Не возражаю, — ответил Мейсон.
— Я имею в виду то, что касается женщин.
