*Мне кажется, что Хищи слышат несколько в ином диапазоне, чем человек, поэтому имя Зои для Сумрака звучало в искаженном варианте. И еще сомневаюсь, что он смог бы выговорить звонкое «з».
Комментарий к Глава 3. Воспоминания Навеяло: «Deep Forest» – «Twosome».
Характер Солнышка «Deep Forest» – «Marta's Song»
Солнышко пытается приободрить Сумрака: https://gvatya.tumblr.com/image/164605833538
====== Глава 4. Греза ======
Наш девиз непобедим — возбудим и не дадим!
Наш девиз в ответ на ваш — поломаешься и дашь!
(Народное творчество)
Уже вторично обеззараживая и прижигая нанесенные самками раны, Сумрак сделал вывод, что ему необходимо сменить стиль поведения. К каждой из сестер нужен был собственный подход, что сильно осложняло задачу для только еще постигающего науку любви самца, но других вариантов не оставалось. Сезон был в разгаре, и уйти от выбранных дам не позволяли правила приличия. Не позволил бы этого сделать и его дорвавшийся до секса молодой организм — получив, наконец, реализацию, инстинкт размножения запустил лавинообразные процессы, которые на данном этапе было уже не остановить. Даже попытайся теперь самец подавить зов природы, ему просто никакими способами не удалось бы этого сделать, не тронувшись умом… Но и оставлять все как есть не годилось, в противном случае к концу Сезона эти дьяволицы просто извели бы его.
В первую очередь что-то надо было решать с Прорвой. Со своими нетипичными замашками она рисковала просто покалечить партнера. Например, то, что она проделала этой ночью… Одно неосторожное движение, и Сумраку грозила серьезная травма ретракторов*. Еще пара таких «сеансов» могла привести к выпадению пениса — сущему кошмару любого самца. Эта злая шутка собственного организма как раз и приводила самцов к фактически полной неспособности самоудовлетворения: мышцы, подтягивающие половой орган, автоматически срабатывали сразу, как спадала эрекция, и одновременно не позволяли добиться ее наступления «ручным» способом. Если же кто-то все-таки задумывал сражение с собственными ретракторами, те упирались до последнего и весьма легко рвались, что приводило к поистине страшным последствиям… У зрелого самца, по тем или иным причинам не участвующего в размножении, с интервалом в две-три недели происходили непроизвольные поллюции, позволяющие избавиться от спермы «с истекшим сроком годности», но в промежутках приходилось терпеть дискомфорт и даже боль, сопровождающиеся нервными срывами. Эта пытка была направлена лишь на то, чтобы обеспечить продолжение рода, не терпящее отлагательств. Образ жизни яутжей приводил к высокой смертности среди всех возрастных категорий, поэтому подобный темп размножения был просто необходим. При иной физиологии их род, вероятно, давно бы уже угас, учитывая раздельное проживание самок и самцов, а так же склонность последних к кочевой жизни, трансформировавшуюся за многие тысячелетия в межзвездные перелеты. Ведь, имейся у самцов выбор, они предпочли бы тратить время и энергию на охоту и исследования, а не на свои капризные и во всех отношениях дорогостоящие гаремы… Впрочем, месяц-полтора все равно вылетал бы в этом случае из графика, так как на время гона каждый корабль превращался бы из военной базы в царство онанизма.
Конечно, избыточный репродуктивный потенциал яутжей в условиях нехватки или недоступности партнеров мог бы компенсироваться, как у многих других существ, возникновением временных или постоянных гомосексуальных связей, однако такого практически никогда не происходило из-за высокого уровня агрессии между самцами. Опять-таки, будь у охотников склонность к такого рода сбоям, они бы давно уже вымерли…
Природа хорошо позаботилась о том, чтобы не творилось никакого произвола. Неизменно, год за годом, мужская часть населения возвращалась на исконные территории из далеких странствий, чтобы зачать потомство, и ничто не могло их остановить. Даже периодически вспыхивающие военные конфликты ситуации не меняли: перевозбужденные, преисполненные агрессии воины просто сметали любого противника со своего пути и очертя голову скорее неслись к своим самкам. История знала множество примеров, когда масштабные сражения были выиграны «на гормональном всплеске» за считаные часы, причем, сами воины из числа выживших потом весьма слабо помнили, как они дрались, с кем они дрались и зачем это делали…
Итак, Прорва… Либо она была малознакома с физиологией самцов, либо ей просто было от всей души наплевать. Спасало лишь то, что организм реагировал на самок, и приводящие мышцы расслаблялись. Но тянуть за них все равно оставалось нежелательным. Можно было, конечно, попробовать деликатно с Прорвой поговорить… Но как-то все равно слишком дико выглядел бы подобный разговор: «Дорогая, пожалуйста, больше не дергай меня за член, иначе он испортится, и ты более не сможешь им пользоваться». Да и вообще говорить о чем-то с Прорвой казалось весьма глупой затеей…