— Зачем? — ответил вопросом на вопрос Харпер. Это скорее будет даже не бесполезным а вредным. Ты ни в чём не виноват и тебе незачем откупаться от собственной совести таким образом. А именно так это воспримут твои недоброжелатели. Так что спокойно жди вызова на допрос. И не переживай. Ты не виновен и мы приложим все усилдия чтобы это доказать.
— Нет, мистер Стейн, я не имею к этому ни малейшего отношения. Я никогда не предлагал мисс Харпер сделать какие-либо ставки на любые спортивные события, наоборот, я объяснил мисс Харпер, что это для хоккеиста национальной хоккейной лиги запрещено по причине неэтичности. И я согласен с тем, что действительно неэтично.
Опрашивал, вернее, даже допрашивал, меня и Бекку Гилберт Стейн, будущий последний президент НХЛ, сейчас являющийся вице-президентом лиги. То, что допрос проводил такой высокопоставленный чиновник, говорило о его важности для лиги.
При этом Гил, не под запись, когда камеры были выключены, всячески старался показать, что он, как и его босс Зиглер, на моей стороне.
— Алекс, мы не собираемся уничтожать репутацию и тем более карьеру нашей главной звезды, — сказал он мне перед началом этого допроса.
— Тогда почему бы вам просто не свернуть всё это дело? — ответил я вопросом, — очевидно же, что я не имею к этому делу ни малейшего отношения.
— Правила есть правила, Алекс. Как бы я не относился к этому процессу, но мы обязаны отреагировать, — ответил мне Стейн.
В результате допрос лично меня занял порядка часа. Еще минут тридцать Стейн разговаривал с Беккой.
Со Стейном я и Бекка общались до обеда. После настала очередь комиссии по казино и азартным играм штата Невада. В отличие от представителей родной НХЛ эти ребята были куда более въедливые и там, где Стейн с помощниками управились за пару часов, эти отняли у нас больше суток.
В первый день я больше шести часов как попугай отвечал, по сути, на один и тот же вопрос, только сформулированный каждый раз по-разному.
«Нет, не был, нет, не говорил, нет, не просил, нет, не намекал. Нет, нет, нет…»
На следующий день то же самое ждало и Бекку. И всё это под запись и с разъяснением, что это часть официального расследования и есть ответственность за дачу ложных показаний. Под конец, что у меня, что у Бекки, сложилось впечатление, что нас подозревают как минимум в организации покушения на президента Буша.
Впрочем, мистер Харпер, отец Бекки, и теперь уже мой адвокат, всё это время был с нами, и когда допрос закончился, он заверил меня, что всё прошло хорошо, и он не сомневается в успехе дела. Настолько не сомневается, что мы с чистой совестью можем лететь в Союз. Моё присутствие в Миннесоте не требовалось.
Само собой, что два раза повторять мне было не нужно, и я тут же озаботился покупкой билетов. Старые-то пришлось сдать. В итоге нам повезло, и я купил билеты уже на следующий день. Большая удача.
Из-за которой весь оставшийся вечер мы посвятили хаотичным сборам. Изначально мы с Беккой планировали, что пробудем в Союзе две недели, а потом улетим отдыхать на Гавайи, но теперь скорректировали эти планы. Теперь мы хотели улететь в СССР на более долгий срок, в идеале на два месяца, вплоть до начала летнего тренировочного лагеря Миннесоты, запланированного на начало августа.
А всему виной журналисты, как местных газет и каналов, так и общенациональных.
Сразу же после финала кубка Стэнли Sport Illustrated вышел с огромной и явно заказной статьей с очень провокационным заголовком.
«Дисквалификация русской звезды Миннесоты. Будущее Северных звезд под ударом»
Хайповать журналисты научились не в двадцать первом веке, да. И плевать, что содержание статьи было нейтральным и объективным. Заголовок сделал всё за неё.
После такого у двери моего дома регулярно ошивались пара тройка репортеров и фотографов, мистеру Харперу даже пришлось удвоить охрану, которую он выставил. Двух частных детективов было уже недостаточно.
Точно такая же ситуация наблюдалась и у дома Харперов.
И само собой, что акулы пера сопровождали меня и Бекку всюду, куда бы мы не отправились.
Это очень раздражало, ненавижу, когда в мою жизнь суют свой длинный нос какие-то нечистоплотные ублюдки. А по-другому назвать людей, которые совершенно не уважают неприкосновенность личной жизни и ради броского заголовка и пары эффектных фотографий готовы, пардон, в трусы залезть, я не мог.
Поэтому-то мы и решили уехать туда, где нас точно не достанут. Получить советскую визу для того, чтобы доставать меня, будет очень и очень проблематично.
Десятого июня мы улетели в Советский Союз.
И по стечению обстоятельств летели мы с Беккой одним самолётом с Третьяком и его семьей.
Прошедший сезон стал для Влада последним. Легендарный вратарь решил на этот раз окончательно повесить коньки на гвоздь, хотя Кларк ему предлагал продление на один сезон. Но предложение Миннесоты, каким бы оно не было заманчивым по деньгам, а 500 тысяч на сезон для почти сорокалетнего игрока это очень хороший контракт, Третьяк не принял.
По словам Влада, ему прошлый сезон дался очень тяжело, а причин чтобы продолжать уже особо нет.
