– Ну что, я вас поздравляю, дети мои, – сурово усмехнулся князь Бронн и хлопнул ладонью о ладонь. Как обычно, подле него стояла большая кружка с ароматным содержимым, к которой он постоянно прикладывался. – Можете считать себя захватчиками. Теперь Хеда перейдет под власть Рооны.
Мы переглянулись.
– У моей жены и без того есть право на эти земли, – нагло заявил Фрид. Он вел себя вполне уверенно в компании строгих и умудренных опытом князей, совершенно не чувствовал неловкости.
– Жены? – подозрительно сощурился Вельмунд. – Позвольте спросить, где же тогда ваши брачные метки, браслеты, кольца? Ничего нет?
Мы и правда временно перестали быть супругами, но это не пугало. Когда нас перестала связывать магия, я окончательно убедилась, что эти чувства мои. Не навязанные. И я больше не потеряю этот подарок судьбы.
– Брачные метки разрушились.
– Но мы все равно женимся, – Фрид протянул руку и накрыл мою ладонь, слегка сжимая пальцы. Посмотрел в глаза. – На этот раз у нас будет настоящий праздник.
– Ты повела себя очень смело, бросив вызов Улвису, – вмешалась Альсгира. Внимательный взгляд женщины пронизывал насквозь.
– Зато теперь мой брат отмщен, а преступник наказан.
Теперь круг точно замкнулся. Призраки прошлого меня не побеспокоят, я получила ответы на все вопросы.
Потом нам рассказали, что в битве пострадали только люди Улвиса. После того, как он вместе со мной скрылся за снежной стеной, началась паника и давка. Почти сразу после этого прибыл дядя со своими людьми. И Фрид. Никто не помешал им пристать к берегу, потому что все бежали в дома, в святилища – утро обернулось ночью. Этот знак посчитали очень недобрым.
Ох, что творилось в Хеде в тот день! Думаю, его не просто будут пересказывать детям и внукам, но и занесут в летописи.
– Конечно, не получилось обойтись без жертв, но я велел своему огню жечь только тех, кто желает нам зла.
– Никто из моих людей не пострадал, поэтому я не имею претензий, – произнесла Альсгира.
– Несколько моих воинов погибли при стычке с магами Улвиса, – мрачно сообщил Вельмунд, вставая с места. – Мне пора отправляться в свои земли, я и так слишком задержался. Но знайте, если понадобится поддержка, можете на меня рассчитывать.
– Слизняк Улвис получил по заслугам! – дядя тоже поднялся, на ходу закидывая в рот кусочек мяса. – Надо готовиться к отплытию.
А я всерьез задумалась о том, чтобы сделать дядю Альстейна своим ставленником в Хеде. Здесь мне понадобится твердая рука опытного человека, а также глаза и уши. Обязательно обсужу с ним этот вопрос.
Последней поднялась княгиня Альсгира. Неторопливо оглядела нас. В уголках губ пряталась улыбка.
– Теперь я понимаю, почему ты была так печальна. Но теперь все будет хорошо. Счастья вам, и пусть Матушка Метель освятит вашу дорогу. Берегите друг друга, что бы ни случилось.
Когда собрание закончилось, и мы оказались, наконец, одни, Фрид спросил:
– Интересно, как твой народ воспримет новость о том, что их княжна выходит замуж за южанина? Суровые северные варвары будут рвать и метать?
Мой муж пытался говорить серьезно, но глаза смеялись. Я обняла его за шею и прижалась всем телом.
– О, поверь, северяне будут в восторге. Они без ума от воинственных правителей, а ты помог мне завоевать Хеду.
Мы обменялись короткими, но жаркими поцелуями. И надо бы думать о трудностях, которые ждут нас дальше, но я не хотела. Зато хотела еще чуть-чуть побыть беззаботной и счастливой.
– Снова поженимся, а потом отплывем в Этьюрдан. С родней познакомлю, покажу свое поместье, накормлю виноградом, – он усмехнулся и очертил пальцами контур моего лица. – Никогда не думал, что дважды женюсь на одной и той же женщине.
– Зато будет, что рассказать детям.
Меня наполнило сладостное предвкушение. Я сжала ладони Фрида:
– А пока мы отправляемся домой.
Роона встретила нас на рассвете, залитая лучами северного солнца. Боги, как долго я не была дома! И теперь щемило сердце от вида этих скал, поросших соснами, от извилистых рек и прибрежных селений. Глядя на знакомые с детства картины, хотелось улыбаться. Казалось, я возвращаюсь в родные края после долгого-предолгого путешествия. Я не просто обошла пешком часть необъятного Севера, прежде всего я изменила себя. Это была долгая и мучительная дорога перемен, но в конце я увидела свет и наконец-то согрелась.
– О чем задумалась?
Сильные руки обхватили талию, Фрид властно прижал меня к себе, как бы намекая мне и всем окружающим – эта женщина моя, никому не отдам. Я обернулась и попала в ловушку темных глаз, горящих лукавством и весельем.
– Представляю нашу дальнейшую жизнь. Помнишь… – я не сдержала усмешки. – Я у тебя спросила, что мы будем делать с этим браком?
– М-м-м… кажется, что-то такое припоминаю, – муж сделал обманчиво серьезное лицо. – Ты предложила завести овец и пару деток.
– А ты сказал, что фермер из тебя так себе.
– Да-да, именно так все и было! Но теперь я готов и к детям, и к овцам. – Губы коснулись кожи за ухом, и тело сотрясла волна предательской дрожи. Я слишком соскучилась по его близости и объятьям, на палубе корабля даже не уединиться.
