– А кто его туда положил, как не я? – гей очень правдоподобно изобразил лёгкую обиду, – Да и вообще. Это ведь фильм о любви, которая преодолевает все границы и условности… И нечего на меня так смотреть, у меня тоже есть сердце, и я умею любить, знаешь ли. Был у меня в жизни человек… А, впрочем, это быльем поросло. Ты дальше, дальше телись! Кто кого целовал? Сто пудов, что она, ты бы со своими принципами скорее бы издох в метре от неё, чем осмелился бы… Ну, говори уже!
– Да, – капитулировал под градом слов Радиодемон, – Да, она.
– Просто чмокнула, да? Легонечко, едва коснувшись, – сводник изобразил какой-то сложный жест пальцами, – А потом попробовали по-взрослому, ага? Зубищи не мешали, господин каннибал?
– Может, тебе ещё и длительность раундов сообщить? – треск и помехи радио выдавали гнев, смешанный с немалой долей смущения.
– А ты запомнил?!
– Энджел, я вообще не знаю, зачем тебе это рассказываю.
– То есть как это зачем? – снова то же оскорблённое величие, – Затем, что я всё это устроил, и мы друзья.
Аластор ждал какого угодно ответа, в том числе и «Я веду реалити-шоу, и нас сейчас пишет скрытая камера», но только не такого.
– «Друзья»?
– Ну конечно же! Разве не очевидно? Я вот вызвался тебе помочь, как более опытный товарищ. Если решишь всё же подарить ей своё целомудрие, я покажу и расскажу, как…
– Энджел. Перекрой. Фонтан, – с расстановкой заткнул его Аластор, понимая, что попытки отрицать диагноз загонят его в пучины ещё более глубокие, нежели вся Преисподняя вместе взятая.
– Да понял я, понял. Не раздувайся, – гей схватил с полки розовый веерок из папиросной бумаги, в шутку обмахивая клыкастое лицо собеседника, – Вам надо, чтобы в первый раз всё было красиво. Романтично. Тут вы друг с другом не прогадали.
– Ничего из этого не будет.
– Да брось, асексуалы ведь необязательно живут в целибате! Ну не смотришь ты на неё как на объект, ну и что с того? Круто же, люби, как умеешь и наслаждайся тем, что получаешь!.. Ха, знакомое выражение лица, думал, я туповат, да?
– Я этого не говорил.
– А и не надо, я итак знаю, что роль мне удаётся. Безмозглый гей, обожающий розовый цвет. Всех устраивает. У тебя ведь тоже есть эта улыбающаяся маска, которую ты носишь, даже когда готов психануть, – палец Энджела схематически обвёл улыбку оленеподобного демона, – Конечно, очень даже может быть, что у меня и правда есть филиал мозга между ног, но основные массивы серого вещества всё же в черепушке. Так-то, бро.
– Хорошо, я сдаюсь. Был неправ, – Аластор поднял ладони вверх, поворачиваясь к выходу, – Так. Убивать я тебя закончил, пора и делами заняться.
– Какой важный, вы подумайте, – Энджел с аппетитом потянулся, – Ты завтракал?
– Что-то не хочется.
– Неудивительно, ты же влюблён, дурашка.
– Энджел, ещё раз ткнёшь в меня пальцем – и будешь ходить с переломом.
– Захлопываюсь… Идёшь на улицу?
– Да, а что?
– Наггетсу надо бы копытца размять. А ты и понятия не имеешь, как тяжело выгуливать мини-пига по аду.
– Действительно, куда уж мне… Ты всерьёз пойдёшь со мной?
– А ты не слышал мою сестру? Молли же сказала не оставлять тебя одного.
– И тебе не всё равно что со мной станет?
– Чел. Ты же вроде образованный, – Энджел поставил две левые руки в бока, говоря тоном, идеально подходящим для общения с непонятливым ребёнком, – Друзья волнуются друг за друга. Или во времена, когда ты жил, было как-то иначе?
– Да нет, полагаю, правила те же. Но я могущественный демон, а ты…
– Наггетс, солнышко моё, ты проснулся! – расцвёл в улыбке Энджел, протягивая руки навстречу семенящему вразвалочку толстому пёстрому хряку, который ну никак не смахивал на мини-пига, – Моё золото, моё сокровище, а папу тут твоего убивали… Да, да, мой хороший, дядя Ал грозился сделать тебя сиротой, моя плюшка, а теперь не хочет с нами гулять.
– Готовность пять минут, – не удержавшись, фыркнул оленеподобный демон, выходя, – Буду ждать.
Удивлению лорда не было предела, когда Энджел действительно вышел точно в срок, держа Наггетса на поводке-шлейке, скорее подходящем для щенка тойтерьера.
– Мы готовы гулять! А куда мы идём, кстати?
– Я собирался на окраину города.
– То есть? Там же нет ничего интересного, – порноактёр сложил губы а-ля капризная девочка.
– А ты пробовала когда-нибудь выйти за окраину города?
– Нет, а что?
– Мы с Чарли… – Радиодемон снова запнулся на её имени, ощущая на зубах банановый фостер, – Совершили небольшое открытие.
– А именно?
– Искажение.
– Искажение чего?
– Пространства. Вокруг Пентаграм Сити. За окраину вообще невозможно выйти. Тебя берёт – и поворачивает на 180 градусов.
– Да ну?! – Энджел даже обогнал старшего товарища, заглядывая в алые глаза, – Ты шутишь?
– Ничуть.
– А покажешь?
– Можешь даже сам попробовать.
– И попробую, но только если ты придержишь Наггетса. На окраине полно мусора, а он иногда играет в пылесос, негодник… – паукообразный демон легонько шлёпнул округлое свиное филе, вызвав лишь ленивое похрюкивание, – Эй, Ал, а ты не думал завести питомца?
– Питомца? – Аластор всё никак не мог привыкнуть к разговору с кем-то вроде Энджела.
