– А, вот ты где, – решив ненадолго сменить гнев на милость, Мимзи постучала кончиком ногтя по стойте, глядя на нахмуренные брови котообратного демона, – Сделай милость, обслужи меня уже.
– Нет, – бармен отвернулся, забрав стаканы Черри и Энджела. Глаза певицы моментом увеличились в размерах как минимум в три раза:
– Что значит «нет»?
– Это значит, что я не буду тебе ничего наливать.
– Почему? – шокировано переспросила Мимзи, не понимая, как реагировать.
– Впрочем, – Хаск задумался, делано позёвывая, – Я могу налить тебе содовой.
– Виски закончился?
– Нет.
– А что же тогда, черт тебя раздери?! Что я тебе сделала, что ты отказываешься меня обслуживать?! – Мимзи так разъярилась, что оскалилась, показывая заострившиеся демонические клыки.
Хаск, однако, остался совершенно равнодушен к такого рода демонстрации, и уткнулся в стакан с таким видом, будто отродясь не видел ничего увлекательнее.
– Знаешь что?! – певица шлёпнула ладонью по стойке, – Это беспредел, я буду жаловаться хозяйке!
– О, да, отличная идея, вперёд. У неё сейчас нет других проблем, кроме как устраивать мне взбучку. Да ещё, может, Аластора увидишь, ты же на него не насмотрелась за эти годы, – Хаск угрожающе вперил в неё совиные буркала и приподнял крылья, – Вали, делай что хочешь, но я тебе ничего не налью, потому что, – он вцепился в край стойки и взъерошил перья, – Нет у тебя ничего, из-за чего стоило бы бухать!
– Да что ты…
– То! Вы с Алом не любовники, и даже ими не были! А друзьями остались! Так что хрена с два я дам тебе нажраться! – он уже почти шипел, хлеща себя хвостом по впалым бокам.
– Хаск… – Мимзи отклонилась на стуле, смотря на полупьяного бармена во все глаза.
– Да что он вообще думает?! Рядом с ним такая женщина, а он нос воротит, какой цаца! Дебил хронический, даже Энджелу далеко до такой степени тупости!
– Хаск…
– Знаешь что?! – демон склонился над ней, укутывая женщину в запах спирта, который почему-то показался ей тёплым и уютным, – Да будь у меня рядом такая женщина, я бы сгрёб её в охапку и не отпустил, так бы и носил на руках, вот! Вот, сказал!!
– Хаск, ты…
Бармен икнул и мяукнул, осознавая, что произошло. Включил задний ход, но певица ловким движением схватил его за ошейник:
– Стоять.
– Мимзи, я не хотел, я напился, что-то нашло… Я…
– Ты нальёшь мне виски? – она поставила подбородок на сложенные руки, успокаивая свою демоническую натуру.
– Нет, то есть… То есть нет!.. Что ты делаешь?
– На стул встаю, я низкая. И ручки короткие.
– Зачем? – если бы бармен мог, он бы нервно потел, но из-за шерсти ничего не получалось.
– Нет, ну как же, – певица поудобнее встала на дермантин и протянула руки по направлению к нему, – Такие заявления, такой восторг. Вот я, перед тобой. Или я уже недостойна того, чтобы носить меня у сердца?
– Это не смешно, Мимзи.
– Конечно, не смешно. Виски не дают, на руки не берут… Или ты это специально сболтнул, а сам трус, спрятавшийся от меня за… Ой!
Хаск схватил её так стремительно, что задел хвостом бутылки, и от волнения расправил крылья, заполонив реальность певицы узором из мастей игральных карт:
– Держу! Довольна?
– Хаск, ты стоишь, перегнувшись через стойку.
– Нормально, мне удобно.
– Отпусти, тебе же тяжело, – Мимзи перешла на шёпот, смотря на демона во все глаза.
– Обещай не пить из-за этого придурка.
– Хаск, это не игра.
– Тогда я не отпущу тебя.
– Чёрт… Ладно, хорошо, я не буду, хорошо!
После этих слов бармен выволок её на свою территорию, аккуратно усадив на стойку:
– Так это… Содовой хочешь?
– Давай две. Крем-соду. В банках.
– Момент.
– Одна твоя.
– Я не могу, я на работе.
Мимзи фыркнула:
– То есть побухивать в одиночку во время работы ты можешь, а выпить содовой с клиенткой – нет? Да и нет сейчас никого.
– Вот это поразительно, – пробурчал Хаск, возясь с ключом банки газировки, – Отель забит под завязку, но чуть что – и фойе будто спецназ зачищал.
– А ты не рад побыть со мной наедине? – певица устроилась поудобнее, неожиданно даже для себя выкручивая вентиль своего обаяния. Хаск отвёл уши, что, вероятно, означало смущение:
– Нет, я… То есть я очень… За тебя, – он неловко чокнулся с ней банкой.
– Большое спасибо… Что ж, теперь рассказывай.
– Чего тебе рассказывать? – всё ещё надеялся скрыться за маской склочности демон. Тщетно.
– С каких пор я кажусь тебе… Какой, кстати? Особенной? – Мимзи намёкливо тронула подтяжку у его плеча, зная, что пушистым демонам нравится, когда подправляют их скомканную одеждой шерсть.
– Что, постебаться надо мной решила? Ни слова не скажу.
– Тогда я уйду в номер и нажрусь.
– У тебя нет алкоголя.
– Я возьму в заложники что-нибудь из-за стойки… – певица наклонилась, шаря рукой в пустом пространстве, – О, ром. Вполне себе сойдёт.
– Отдай! – Хаск подался вперёд и попался в ловушку, поскольку женщина отвела руку назад. Его морда оказалась в паре сантиметров от её лица, и бармен замер, словно опытный лис, попавший в петлю-удавку. Мимзи покровительственно улыбнулась:
– Вот теперь рассказывай.
