Синхронность. Ритм. Созвучие. Ладонь скользит по плоти омеги в такт глубоким, сильным, вершащим толчкам. Тела соприкасаются, чтобы тут же отпрянуть. Отпрянуть ровно на длину плоти альфы. Стоны и вздохи сливаются, творят, озвучивают страсть. Тонкие пальцы цепляют воздух. Губы больше не шепчут, они просто приоткрыты для вырывающихся с каждым новым толчком звуков. Глаза широко распахнуты, невидяще смотрят в пелену перед собой, и в это же момент в глубине их зрачков-озер плещется, мечется, клубится огонь, ожидая своего часа, чтобы вырваться и опалить. Сжечь в своих пылких объятиях. Осесть пеплом страсти и вновь вспыхнуть. Но ещё рано. Он только набирает силу. Наполняется. Сжигает изнутри. Тянется. Вырывается с криком, превращаясь в молящий шепот.
- Глаза… - выдыхает омега, - хочу видеть твои глаза…
Альфа вздыхает. Но не разочаровано. Сдержано. Согласовано. Жарко. Хрупкое тело покорно ложится на диван, соприкасаясь с его поверхностью только затылком, лопатками и бедрами. Спина изогнута тугим луком. Ноги разведены в стороны распахнутыми вратами. И пульсирующая дырочка мягко принимает в себя плоть альфы, смыкаясь у его основания плотным кольцом. Зелень глаз утопает в глубинной темноте взора. Антрацит взгляда сгорает в неоне очей. Близко. Рядом. Целиком. Полностью. И омега кричит, сгорая в волне страсти. Альфа пьет этот крик с его губ. Задыхается и пьет. До дна. До последней капли. Орошая нутро омеги своим семенем и позволяя плотному узлу завершить их танец страсти. Завершить танец, чтобы задать ритм волнам. Растущим. Покачивающим. Накатывающим. Жаждущим. Возрождающим пепел.
- Сай, я хотел бы кое о чем с тобой поговорить, - сиплым голосом сказал Гаара, когда они оба, выдохнувшись, сохранив силы только для того, чтобы прижаться друг к другу, медленно лаская горячие, потные тела, лежали в объятиях друг друга на узком диване, обивка которого впитала в себя следы их страсти
- Сейчас? – омега недовольно нахмурился и послал аловолосому ленивый ментальный толчок, при этом закинув ногу ему на бедро и слегка поелозив. Нет, он не намекал на продолжение, просто говорить о чем-то именно сейчас было слишком лениво, и хотелось только одного – понежится в объятиях своего альфы, отложив все вопросы и проблемы на потом.
- Да, - безапелляционно ответил Собаку, старательно прикрывая бедра тонким, так и норовящим сползти халатом, который лишь символично скрывал их наготу. Вообще-то он не планировал этот разговор сейчас, но почему-то момент показался ему подходящим, да и смысла тянуть, как такового, не было, потому что время неумолимо поджимало.
- Хорошо, - со вздохом согласился Акаши, приготовившись слушать, судя по ментальному настрою альфы, что-то очень важное
- Я хочу разорвать помолвку с Хинатой, - задумчиво начал Гаара, неторопливо поглаживая спину брюнета. – Это нужно было сделать уже давно, но я все откладывал. Думал, с чего бы лучше начать
- В каком смысле? – Сай попытался подняться, чтобы посмотреть любимому в глаза, но альфа придержал его за плечи, будто так, без зрительного контакта ему было удобнее
- Придется втянуть в это дело отца, - со вздохом ответил Собаку. – Пусть я и глава клана, но свидетелем при подписании брачного контракта был он, поэтому без его участия никак
- А если Хьюго откажутся? – это был рациональный вопрос и в то же время страшный, ведь, фактически, его любимый не был его, и, если глава клана Хьюго откажется разрывать помолвку по взаимной договоренности, это придется делать в одностороннем порядке, что чревато не очень утешительными последствиями
- Но попробовать все же стоит, - уклончиво ответил Гаара, закинув свободную руку за голову. В принципе, именно на такой исход он и рассчитывал, ведь интуиция ему подсказывала, что Хьюго Хиаши, даже несмотря на то, что ему предоставят факт Истинности, все равно будет пытаться навязать свои, выгодные ему условия расторжения помолвки. Хьюго очень хотели породниться с Собаку, и если не получится через наследника, то они могут предложить какой-то другой вариант. Например, брак между Темари и Хинатой или даже Канкуро и Хинатой, хотя последнее маловероятно. Впрочем, у главы клана Хьюго была ещё и младшая дочь, которой уже было 12, и которая, предположительно, должна была пробудиться как альфа. Так что оставался только Нейджи. Не то чтобы аловолосый надеялся на то, что молодой наследник совершит переворот и захватит власть в клане до того, как его официально объявят новым главой, но все же Нейджи имел очень большое влияние на отца. Значит, нужно действовать через него, особенно сейчас, когда альфа наконец-то познал, что такое принадлежащий только тебе омега.
- И ещё, - слегка помедлив, добавил Собаку, - когда твой муж выйдет из тюрьмы, я буду добиваться бракоразводного, одностороннего процесса
- Но… - Сай всполошился, и альфа почувствовал это слишком отчетливо, но это был не страх и не взволнованность. Это было отчуждение. Омега закрылся. Как тогда. Ещё в больнице. И поник. Это тоже чувствовалось. По сперва вздрогнувшему, а после безвольно обмякшему телу.
