А если начальники (руководители, лидеры, координаторы — можно использовать любой из этих синонимов) подгрупп принимают некоторые управленческие решения помимо высшего начальства — но делают это не поодиночке, а коллективно, «по горизонтали» координируя их друг с другом? В какую рубрику приплюсовать то количество работы, которое осуществляется подчиненными по приказу такого вот коллектива начальников? — Здесь ни в коем случае нельзя допустить огромную ошибку: нельзя приписывать это количество работы к коллективно управляемым действиям. Оно относится только к авторитарно управляемым действиям, поскольку тот факт, что начальники подгрупп в той или иной степени сплотились в коллектив, еще не делает коллективом всех членов подгрупп. Этот факт означает только то, что над подгруппами возник новый центр авторитарного управления, параллельный уже имевшемуся до того высшему начальству (и неизбежно конкурирующий с ним; именно поэтому старшие начальники обычно стараются пресекать попытки младших начальников установить между собой «горизонтальную» координацию действий, неподконтрольную старшим начальникам).
Учесть все эти и ряд других подобных деталей9 хотя и очень трудно, но можно10. Однако когда разработчики методики количественного анализа отношений управления, преодолев все трудности такого рода, наконец-то создадут свою методику, то окажется, что ее эффективность очень сильно ограничена одним важным обстоятельством.
Вспомним, что отношения управления тем или иным действием существуют только до тех пор, пока длится это действие — и исчезают сразу же, как только данное действие прекращается. Отсюда следует, что система отношений управления в любой группе людей — очень изменчивая вещь: соотношение трех типов отношений управления в этой системе обычно очень быстро меняется — в зависимости от того, чем члены этой группы занимаются сейчас, чем они занимались до того и к каким делам перейдут потом. А это, в свою очередь, означает, что чем точнее мы будем стараться высчитать соотношение трех типов отношений управления внутри группы, тем короче будут те отрезки времени, те этапы, на которые нам придется «нарезать» процесс развития этой группы — с тем, чтобы вычислять соотношение трех типов отношений управления на каждом из этих этапов, взятом по отдельности. Тем самым процесс нашего анализа и вычисления будет растягиваться и усложняться неимоверно, и мы вскоре убедимся в бессмысленности погони за все более высокой точностью подсчета. Нам будут доступны лишь довольно-таки усредненные результаты — такие, которые получились бы, если бы соотношение между тремя типами отношений управления внутри исследуемой нами группы не менялось в течение достаточно длительного промежутка времени… Но вот что интересно: такие результаты мы можем получить, вовсе не тратя сил на скрупулезное, детальное отслеживание и последующий учет количества деятельности членов группы, осуществленной в течение этих самых «достаточно длительных» промежутков времени. Спрóсите, благодаря чему? — А благодаря тому, что на свете есть не только отношения управления, но и отношения собственности.
* * *Чтобы понять, как отношения собственности могут помочь нам в калькуляции отношений управления, нам придется заняться классификацией самих отношений собственности. А для того, чтобы толково взяться за это дело, нам необходимо соблюсти одно очень важное предварительное условие: надо временно выкинуть из головы такие привычные нам понятия, как «частная собственность», «личная собственность», «групповая собственность», «общественная собственность», «владение», «распоряжение», «пользование» и т. П. — и снова вспомнить их лишь после того, как мы сами, начав с «чистого листа», разработаем нашу собственную классификацию отношений собственности, сами выработаем те рубрики, под которые будем подводить разные виды отношений собственности, и сами придумаем, как эти рубрики назвать.
