Сущность человека полностью

«Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства, антагонистической не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения этого антагонизма. Поэтому буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества» [396, с. 7–8].

Как видим, точка зрения Маркса на историю «антагонистических форм общественного процесса производства» совпадает с точкой зрения Энгельса: если в классовом обществе человек еще не живет в действительно человеческих условиях, не окончательно выделяется из царства животных, тогда, конечно, эксплуататорское общество еще не есть вполне человеческое общество, а его история есть лишь предыстория человеческого общества. Соответственно, и выводы из утверждений Маркса следуют те же, что и из утверждений Энгельса: раз история «антагонистических форм общественного процесса производства» есть лишь предыстория человеческого общества — значит, настоящая история человеческого общества еще не началась — значит, классовое общество еще не есть вполне человеческое общество — значит, члены классового общества еще не есть вполне люди, а их общество еще не есть вполне общество.

Читаем десятый марксов тезис о Фейербахе:

«Точка зрения старого материализма есть „гражданское“ общество; точка зрения нового материализма есть человеческое общество, или обобществившееся человечество» [393, с. 4].

И опять-таки мы видим, что по мнению Маркса лишь обобществившееся человечество можно назвать человеческим обществом (из чего, естественно, следует вывод, что необобществившееся человечество — еще не совсем человечество, а член гражданского общества — еще не совсем человек). При этом очевидно, что Маркс считает эту точку зрения одним из существеннейших элементов теории «нового материализма», кардинально отличающим ее от теории старого материализма.

О том, что эта точка зрения есть не просто теоретическое утверждение, но практическая цель, свидетельствует следующий, одиннадцатый марксов тезис:

«Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его» [393, с. 4].

Понятно, о каком изменении мира идет речь: обобществить человечество, помочь ему стать вполне человечеством, а нам (а скорее даже, нашим потомкам), его составляющим, — вполне людьми. Как это сделать? — Подготовить и совершить мировую пролетарскую революцию.