В свете сказанного выше становится понятным, ради чего сын преуспевающего адвоката Маркс и капиталист Энгельс всю свою жизнь положили на подготовку пролетарской революции. Действительно, если все мы — существа, переходные от животного к человеку; если наше сообщество, «недочеловечество», не остановилось в своем развитии, а продолжает дорастать до человечества, которое будет состоять из людей в полном смысле этого слова; наконец, если назрела необходимость мировой пролетарской революции, через которую только и возможно обобществление средств производства, а значит, успешное завершение перехода от животного к человеку — тогда какая же роль из того набора ролей, который современное общество может предложить своим членам, является наиболее достойной разумного, творческого существа? — Разумеется, роль пролетарского революционера… Правда, эта роль очень тяжка: она требует от избравшего ее отдавать все его силы и средства на дело мировой революции, посвятить этому делу всю свою жизнь и быть готовым в любой момент расстаться и с комфортом в быту, и со здоровьем, и с самой жизнью. Эта роль также требует быть готовым не только умирать, но и убивать, убивать много: расчищать дорогу к коллективистскому обществу в этом мире эгоизма и насилия очень трудно… Всерьез играть роль пролетарского революционера, сделать ее своей подлинной сущностью, своей судьбой может только тот, для кого индивидуальная личность (как своя собственная, так и любого другого индивида) утратила самоценность — и может быть ценной лишь в той мере, в какой эта личность способствует подготовке и победе пролетарской революции. А из утраты самоценности своей личности в глазах пролетарского революционера следует, в свою очередь, то, что его общественное положение тоже утрачивает самоценность в его глазах: если настоящий пролетарский революционер обладает высоким социальным статусом в капиталистическом обществе, то это важно для него лишь постольку, поскольку он может использовать обеспечиваемые этим статусом возможности для разрушения того самого капитализма, который предоставляет их данному революционеру. Именно поэтому капиталист Энгельс охотно тратил свои прибыли на революционную пропаганду и организацию рабочих — то есть на то, чтобы они в конце концов лишили его этих прибылей. Именно поэтому Маркс, Энгельс, Ленин и Троцкий всю свою жизнь посвятили разрушению капитализма — несмотря на то, что изначально обладали, в рамках этого самого капитализма, довольно высоким социальным статусом.
Такое отношение к индивидуальной личности, живущей в классовом обществе, является логическим выводом из теории исторического материализма, «нового материализма»: как можно говорить о самоценности той или иной индивидуальной личности в классовом обществе, если составляющие это общество индивиды не являются вполне людьми — и, следовательно, не являются вполне личностями25? До тех пор, пока существует классовое общество, любой индивид — будь он хоть Леонардо да Винчи, Эйнштейн и Маркс в одном лице — является лишь заготовкой человека, полуфабрикатом личности. А в чем состоит ценность полуфабриката? — Исключительно в том, что из него может получиться; никакой самоценности у него быть не может. Если же полуфабрикат бракованный и из него не может выйти ничего стоящего, то его ценность, разумеется, равна нулю.
