Повисла тишина. Кресло над капитаном скрипнуло, и на палубу опустились ноги в чёрных сапожках на высокой платформе. Звякнули пряжки на многочисленных ремешках. Кресло отъехало в сторону, и над Шуном возникло лицо. Девичье. Глаза синющие, густо подведённые чёрным, смотрят требовательно и серьёзно из-под козырька капитанской фуражки. По-взрослому смотрят. Где же босоногая девчонка в сарафанчике?.. Морок? Что же тогда увидели пираты, методично расстрелявшие друг друга?..
— Живой! — девушка склонилась над капитаном Патрона. — Хвала небесам! Я уж думала, что перестаралась!
Тринадцать трупов — это не перестаралась? Шун потянулся к ножу на поясе. Импульсор он выронил, когда упал.
— Эй! — девушка нахмурилась. — Ну-ка посмотри на меня, милый.
Шун посмотрел раньше, чем вспомнил про морок. Синие глаза сверкнули.
— Ты не причинишь мне вреда. И будешь делать всё, что я прикажу.
— Я не причиню тебе вреда, — послушно сказал Шун и опустил руку. — И буду делать всё, что ты прикажешь.
— Меня зовут Бэт, — представилась девушка. Присела на корточки рядом с капитаном, развернула его, скрюченного, осмотрела плечо. Поджала губы и, помедлив, приложила к ране ладонь. — Но ты зови меня Найорк. И добавляй «моя госпожа».
— Да, моя госпожа Найорк.
— Вот так хорошо.
Боль в плече отпускала. Ладонь девушки холодила кожу, успокаивала обожженную импульсором плоть. Бэт встала, и Шун поднялся за ней. Огляделся. Вся его команда мертва. И ещё трупы в рубке. Как он их сразу не заметил? Тоже были скрыты мороком? Пустые коридоры, пульсирующий в висках крик интуиции: опасность! Не послушал. И теперь — нате, получите, распишитесь — какая-то малолетка приказывает ему, матёрому пирату, называть её госпожой. Шун покосился на девушку. Да нет, не малолетка. Росточком не вышла, личико кукольное, агрессивный макияж и кожаный прикид, но глаза выдают. Усталые какие-то. У подростков такой усталости в глазах не бывает.
— Ты убила моих людей… моя госпожа Найорк, — выдавил из себя Шун. Не хотел добавлять «моя госпожа», но не получилось. Внушение?
— Пф! Да я их и пальцем не тронула! — Бэт презрительно скривила губы. — Они сами решили умереть.
— Ты их зачаровала… моя госпожа Найорк.
— Нет, так не годится. Звучит ужасно! Давай обойдёмся без «моя» и «Найорк».
— Да, госпожа, — Шун выговорил это с мукой на лице.
Бэт улыбнулась, ободряюще похлопала его по здоровому плечу.
— Ты привыкнешь.
— Не хотелось бы, госпожа.
— Умереть как они лучше?
— Может быть, госпожа.
— Какие мы гордые! Служить даме — это честь.
Что-то такое отразилось на лице капитана, и Бэт фыркнула:
— Мужлан! — она возмущённо тряхнула волосами. — Ладно. Это все твои люди?
— Н-нет… — врать оказывается Шун ей тоже не может. Плохо. — Госпожа…
— Сколько?
— Четверо на входе… госпожа.
— Они мне нужны живыми. Я много своих сил потратила на этих, — Бэт кивнула на груду тел. — Отвлеки их так, чтобы я смогла их… хм… как ты сказал? Зачаровать?
***
Она расслабилась. Увидела лиса и потеряла контроль. Шун прыгнул на неё без раздумий. Он не ждал этого момента, но как только порабощающая связь пропала — напал. Но Бэт увернулась. Тяжёлый кулак пирата шаркнул по волосам в дюйме от уха, капитана по инерции развернуло к девушке боком, и она не преминула этим воспользоваться. Резанула по рёбрам чем-то острым, отпрыгнула, шипя как кошка. Зрачки у неё расширились, глаза стали почти чёрными с тонкой полоской синевы, дикими. Шун схватился за бок одной рукой, а свободной вытащил нож. Зря не обезоружила, дура самоуверенная. Пират старался не смотреть на девушку, чтобы снова не попасть под её чары.
— Чего стоите? — заорал он бестолково топтавшимся на месте четверым бойцам. С них ведь чары тоже слетели? — Валите эту..!
Пираты неуверенно переглянулись. Им-то капитан сам лично сказал, что эта девка — друг. Её надо защищать. И как валить-то теперь? Бэт попятилась, встряхнула кистями, выпуская острые крючковатые когти. Чёрные. То, что капитан принял за агрессивный мейк, было природного происхождения: и подводка вокруг глаз, и чёрный лак на ногтях.
— Ты совершаешь ошибку, — растягивая шипящие, медленно произнесла Бэт, продолжая пятиться. — Я сохранила тебе жизнь.
— Раба? — сквозь зубы выдохнул Шун.
Боль заливала бок, растекалась по телу. Когти ядовитые? Или полоснула она ими хорошо так? Бойцы на помощь не торопились. Бестолочи!
— Мне нужно было как-то обезопасить себя, — Бэт натянуто улыбнулась пиратам, всё же наставившим на неё импульсоры. — Не я ворвалась к вам с пушками и мерзкими ухмылочками. Что ты видел, капитан? Там в рубке?
— Я видел свою дочь! — Шун плавно, без резких движений сделал пару шагов к девушке, перетёк всем телом с одной ноги на другую. — И хотел защитить!
— Дочь? — Бэт растерянно заморгала. И тотчас растерянность на её лице сменилась злостью. — Ты — дочь, а остальные? Да они с порога меня взглядом раздевать начали! Скажи мне, капитан, поручился бы ты за мою безопасность, не зачаруй я тебя?
