Буквально через пару минут мы, уже переодетые, бежали по коридорам следом за гвардейцем к комнате, в которой прощался с жизнью величайший негодяй всех времён и народов. Почему-то в этот раз дорога мне показалась длиннее, чем когда я спешила к Маугли. Впрочем, возможно, всё дело было в нервах.
Когда мы затормозили перед уже знакомой дверью, в полуосвещённом коридоре материализовалась фигура в синем, шагнувшая нам наперерез:
- Запрещ-ш-ш-ш-ено бес-с-спокоить…
Эдор быстро спросил:
- Император там один?
- Нет.
- А кто с ним?
- Принцесс-са Кария с с-сопровож-ш-ш-дающ-ш-шими…
- И много сопровождающих? – уточнила я.
- Пятнадц-сать.
- Ого! Кажется, тут срочное совещание… или свадьба? – предположил стратег.
- А может, всё вместе. Главное, что мы успели, – пробормотала я, сгибаясь пополам, чтобы отдышаться. – Теперь осталось перехватить Эктора. Ведь не будет же Грасс рассказывать им всё то, что вывалил мне?
- Не будет, – согласился Эдор. – Значит, подождём.
Мои мысли, совершенно непонятным образом, от умирающего императора перетекли на лягушонка, который уже должен был очнуться, и я всерьёз задумалась о том, куда денется Вайятху, когда проснётся.
- Может, отправим отсюда Маугли? С гвардейцем вместе? – нерешительно спросила я, оглядывая коридор.
- Ну… Давай. Пока ещё арх-генерал жив. Командуй.
Я немедленно принялась грузить «нашего» охранника инструкциями, как увезти отсюда гуманоида в дом Эдора на пляже. Странно, но моё предубеждение против этих существ совершенно исчезло. Познакомившись поближе с создателем несчастных солдат, я перестала от них шарахаться.
Синий балахон выслушал меня, кивнул и исчез, – наверное, по привычке. Вроде, прятаться сейчас было не от кого. Мы же остались подпирать стену, ожидая, когда проклятая дверь откроется, чтобы перехватить Эктора. Пока было время подумать, я пыталась представить, как это Грасс, который терпеть не мог ГИО-изменённых, общался с фаворитом принцессы, но получалось плохо.
Мы простояли так много дольше, чем я думала, наверное, минут сорок. А знаком, что переговоры близятся к концу, стало появление Лавинии, которую сопровождали ещё два гвардейца. Златовласка выглядела непривычно взволнованной и напряжённой. Увидев нас с Эдором, она ахнула и устремилась к нам.
- Что происходит? Почему вы здесь?! И в таком виде?
- А почему ты здесь? – перебил её стратег номер один
- Потому что за мной послал Наим, – ответила Лави, вызвав у меня непроизвольный спазм в груди. – Но что вы здесь делаете?
- Ждём Эктора, – ответил мачо. – Его тоже позвали, вместе с Карией. И ещё кучу народу. А мы… нам пришлось переодеться, небольшое недоразумение. Но здесь что-то случилось, Лави.
- Да, похоже… – она встревоженно посмотрела на запертую дверь. – Как думаете, мне можно туда?
Я не успела ответить, потому что в этот момент из кабинета вышел первый из посетителей императора. Им оказался отец Карии, довольно симпатичный, представительного вида мужчина лет сорока пяти, типичный мирасский аристократ. Я видела его несколько раз во время последних мероприятий, поэтому поздоровалась. Но сагат Баррох не ответил на моё приветствие, а, возможно, и вообще не заметил меня. Выглядел он вовсе не аристократично: на высоком лбу блестели капельки пота, глаза, казалось, норовили вывалиться из глазниц, и рука, которой он нервно прижимал ко рту салфетку, подрагивала.
Следом за ним показалась и мать принцессы, опирающаяся на руку одного из своих сыновей. Оба они тоже выглядели так, словно их огрели дубинкой по голове. Потом кабинет покинули ещё какие-то люди, видимо, менее близкие родственники, и ещё первые лица Кабинетов императора – по крайней мере, я заметила пару знакомых министерских физиономий. Самыми последними вышли новоявленный император и первая императрица Мирассы.
Надо сказать, что стратег не посрамил своей специализации, вид у него был спокойно-сосредоточенный, чёрные брови сдвинуты в одну линию, а губы слегка поджаты, словно он уже сейчас просчитывал и прикидывал, чем ему грозит императорство на этой планете. Что до Карии, то я впервые видела её такой… настоящей. На бледном личике читалось разом столько эмоций, что я испугалась, как бы она не стукнулась обо что-нибудь, потому что принцесса явно ничего не видела перед собой. Выйдя за порог, она вдруг остановилась, вздохнула, словно хотела что-то сказать, и… начала падать.
Разумеется, Эктор был первым, кто подхватил её. Потом уже засуетились родственники, мать Карии, началась какая-то бесполезная толкотня и крики, и под этот шум Лавиния осторожно проскользнула между родственниками новой императрицы и вошла в кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Но заметили это, кажется, только мы с Эдором.