- Ну, конечно, нет. Просто теперь у меня – тридцать пять процентов акций, с правом последующего выкупа ещё сорока. И я – управляющий курортом, с полной ответственностью. Можно сказать, Всевидящий и император, после Скросса, конечно.
- Уф… понятно. А то я напряглась уже.
- Не надо, Жужелица. Говорю же: в меня надо верить. Кстати, курорт – это часть приданого Линны. По этому поводу мы тоже немало пободались.
Я прыснула, представив себе картинку бодающихся Эдора и крокорауса.
- А чем платишь ты? – поинтересовалась я у стратега.
- Кроме личной свободы? Ну, обязательством не расторгать брак по своей инициативе в течение десяти лет, как минимум; сохранять верность; заботиться о жене и детях, когда таковые появятся. Стандартный пункт о содержании мы исключили из контракта, у Линны есть свой капитал. Правда, пока он находится под управлением отца, но в будущем – перейдёт под моё, по крайней мере, должен. Дальше идут множество пунктов и подпунктов относительно моего обязательства работать на Скросса и больше ни на кого, так сказать, гарантии семейной верности. Думаю, что мой тесть вздохнул свободнее, хоть и не показывает этого. Теперь капитал гарантированно останется в семье.
Я понимающе кивнула. С момента принятия закона, запрещающего дробить сверхкапиталы, существенно влияющие на экономику целых регионов и планет, для миллиардеров стало настоящей головной болью найти преемников, способных нести дальше бремя огромных денег и ответственности за них. Альдор, например, вряд ли смог бы заменить Скросса. Конечно, можно было переформировывать корпорации, дробя их уже производства, или торговые предприятия, но это были довольно долгие процедуры, связанные со множеством тонкостей и нюансов, на которых наживались только юристы и государственные бюджеты. Поэтому акулы экономики старательно искали обходные пути. Одним из них было создание управляющих комитетов, состоящих из ведущих директоров корпорации, но там слишком часто возникали конфликты интересов, а кроме того, управляющие нередко поддавались соблазну поделить накопления и имущество почившего миллиардера между собой, оставляя родственников только с гарантированными доходами от какого-нибудь семейного фонда. Конечно, Эдор стал настоящей палочкой-выручалочкой для крокорауса.
- Кстати, будущее жильё для нас выбирал я, – продолжил мачо. – Линна с матерью теперь его благоустраивают. Слава Всевидящему, почти без моего участия.
Я закатила глаза. Мне были отлично известны представления дорогой подруги о комфорте и удобстве. Её меховые подушечки в туалете в своё время были притчей во языцех у всего колледжа!
- Ты бы всё-таки присматривал за нею, – осторожно посоветовала я. – А то потом возможны сюрпризы…
- Я отбил себе две комнаты, к которым они не приближаются, а всё остальное отдал им на откуп. Пусть развлекаются. Ещё и свадьба… Короче, мои будущие тёща и жена очень заняты.
- Ну, да, – поддакнула я, выразительно глядя на вновь зазвонивший вифон.
Эдор улыбнулся моей гримасе, нажал кнопку ответа, спокойно сказал, глядя на экран:
- Сейчас не могу. Давай поговорим позже, – и отключился.
Я вытаращила глаза. Неслыханное дело! Линна никогда и никому не простила бы такого небрежения к своей особе… А тут покорно отстала, – во всяком случае, немедленного повторного звонка не последовало.
- Ладно, Всевидящий с ними пока, – подытожил Эдор, отбрасывая вифон подальше. – Есть куда более интересные темы для разговора. Во-первых, Лавиния оформила для тебя с гуманоидом приглашение.
- Правда? Уже?! На сколько? – спросила я, чувствуя, как сердце глухо заколотилось.
- Ну, собственно, на столько, на сколько захочешь. Это, скорее, не приглашение, а разрешение жить на Мирассе в качестве почётных гостей императорской семьи.
- Ого… В качестве гостей? А что это значит?
- Это значит, что у вас есть право выбрать место по своем вкусу и поселиться там хоть до конца жизни.
- А нас могут выгнать оттуда?
- Ну… теоретически рассуждая, лет через двадцать пять, когда сменится император, и если новый самодержец будет настроен почему-то против вас… То – да. Могут.
Я сморщила нос. Конечно, довольно далёкая перспектива, но всё равно неприятная.
- А может Маугли получить гражданство на Мирассе?
- Только он?
- Ну, хотя бы… Для меня возврат на Вторую не настолько трагичен.
- Надо уточнить. Кстати, Альдор удрал оттуда, – мачо широко улыбнулся, продемонстрировав два ряда белоснежных зубов. – Как только получил оформленные права на недвижимость на Дейнеге, так и смылся… Я недавно связывался с ним. Вполне доволен жизнью, считает, что ему очень повезло.
- Да? А как он отнёсся к тому, что ты собираешься жениться на Линне? – не удержалась я от вопроса.
- Хм… Горячо сочувствует, – с некоторой неохотой ответил стратег. – Говорит, что не стоило торопиться.
- Ну, я его понимаю, поскольку в своё время пришла к точно такому же выводу.
- Ладно, давай о насущном, – отмахнулся мачо. – Прежде всего, для нас важно то, что должность Альдора освободилась.
- Это в императорской почтовой службе? – уточнила я. – Но его же, вроде, понизили перед этим?
