Когда я, не сдержавшись, ахнула от особенно волшебного сочетания, Маугли как-то напрягся, и краски словно примёрзли к его телу, то разгораясь, то бледнея, но, не меняясь больше. Он держался почти до конца, – только когда уже застонал, выгибаясь, по его телу вновь побежали волны, в одном ритме с биением сердца… И я опять подумала, что ласкать его – это сродни творческому экстазу. Пожалуй, ничего подобного мне испытывать раньше не приходилось!
Дождавшись, пока его дыхание выровняется, я наклонилась и очень осторожно прикоснулась губами к его лбу. Реакция была совершенно неожиданная, – он вздрогнул всем телом, как будто его кольнули, и приоткрыл губы. Вот, чем хотите, поклянусь, но заморыш ждал поцелуя! А я вот не буду. Даже не подумаю. Учись терпеть, земноводное, – это тебе пригодится…
Приведя его в порядок, и снова накрыв простынёй, я некоторое время любовалась ошалелыми глазами кикиморыша, которые он даже сфокусировать не мог толком, а потом ушла, заявив, что ему надо отдохнуть. Ну, и мне не помешало бы… Нелегко иметь, знаете ли, дело с субъектом, который заводится от любого прикосновения! Я ведь тоже не железная, между прочим…
В рубке я попросила Деону вывести на экран в каюте какие-нибудь древние сказки. Для малышей эдак лет от двух до четырёх. Более сложные, он, наверное, сейчас не осилил бы. Еще попросила докладывать о его самочувствии и переключилась на поиски флайера.
Минут через двадцать пять кибер-ассистент проинформировала меня, что все сказки для самых маленьких просмотрены по три раза, Маугли зовёт меня и хочет в туалет. Ну, просто не корабль, а детский сад…
Я пришла, лягушонка препроводила в санузел, в приказном порядке усадила на стульчак и похвалила, когда он им – наконец-то! – воспользовался. Кажется, призрак «питона» потихоньку уползает, шипя, в прошлое…
Не успела я уложить заморыша обратно в постель и пристроить над ним медицинский модуль, из которого его всё время снабжали физиологическим раствором, как Вайятху завёл потрясающий по своей глубине разговор:
- Сагите, здесь на экране показывали такие истории!..
- Я знаю, это я попросила Деону.
- А кто Деона? – встревожился кикиморыш, оглядываясь.
- Это моя помощница.
- А где она? Я её не видел!
- Ты её и не увидишь, её можно только услышать.
- Она из такой истории, как на экране?
- Нет, она робот.
- Что такое робот?
- Это искусственный человек.
- Как это – искусственный?..
- Сделанный из металла.
- Зачем?!
- Он может заменять обычного человека.
- Зачем заменять?! Разве сагите… негодная?
Я аж закашлялась от неожиданности.
- Нет, сагите эээ… вполне годная, как ты говоришь, но я одна здесь, на корабле. И я не успела бы всё делать сама, если бы железная Деона мне не помогала.
- Что делает железная сагите? – опасливо осведомился кикиморыш, натягивая простыню повыше.
- Ну… управляет кораблём, например, пока я ухаживаю за тобой.
- Что такое корабль?
- Это вот, – я повела рукой вокруг, – всё вот это. Где мы сейчас находимся.
Маугли огляделся, вид у него стал недоумевающий.
- Это? Это дом, сагите…
Я покачала головой:
- Нет, корабль. Деона, покажи ему какой-нибудь диомульт о космосе и кораблях, обучающий.
В результате просмотра лягушонок оказался в глубочайшем шоке, и я с трудом отговорила его от желания немедленно залезть под кровать и ждать прибытия в порт именно там. Его мир не просто раздвигался, он начинал вращаться, болтаться, кружиться и рушиться. Я, конечно, ему сочувствовала, но продолжала раздвигать горизонты. В наш-то век жить под кроватью, – это уже переходит все границы!
Когда он немножко успокоился, то начался обвал «почему», «зачем», «кто», «что», «сколько», «откуда» и тому подобных вопросов. Час я ещё держалась, а потом позорно капитулировала, велев Деоне объяснять Маугли всё, что ему покажется непонятным. Но использовать понятия и слова, доступные четырёхлетнему малышу. И вообще, я строго-настрого приказал Деоне, в случае любого недоразумения с кикиморышем, напоминать мне тут же, что он, по сути, ещё ребёнок. В чём-то постарше, в чём-то помладше, но, всё равно, ребёнок. И я должна постоянно помнить об этом, чтобы не нагрузить его излишней ответственностью, или обязанностями, которые ему пока не под силу… Мало ли, что он выглядит лет на семнадцать-восемнадцать. На самом деле, ему не больше четырёх.
Убедившись, что кикиморыш плотно занят процессом познания, я опять улизнула в рубку и погрузилась в выбор флайера. Ох, как это было интересно! Куда интереснее, чем объяснять, почему в космосе висит такое количество звёзд, и приводить доказательства, что они не упадут на нас…
