Прошло пятнадцать минут. Никаких изменений в состоянии Дыбенко не намечалось. В комнате воцарилось тягостное молчание.
- Так, - сказал, наконец, Кушнир. - Надо ехать в "Валгаллу" разбираться. Сколько ты ему заплатил?
- Две с половиной, - нехотя признался Влад.
- Что?! Две с половиной штуки за фуфлыжную блямбу?! - сжав кулаки, Евгений вскочил со своего места. - Да я ему, суке, в жопу эту херню засуну!
- Ну тихо, тихо, Женек, успокойся, - Власов подошел к другу и положил руку ему на плечо. - Никаких разборок не будет. Если Влада так и не торкнет, мы пойдем к Локи и по-хорошему, ненавязчиво, объясним ему, какой он непорядочный человек. И стребуем с него всю потраченную Владом сумму. В противном случае - сдадим его со всеми потрохами.
- Кому?
- Ну не ментам же. Хозяину клуба. Тюр давно на Локи зуб точит. Он ведь ему запретил в "Валгалле" барыжничать. Локи пообещал, что не будет.
- Соврал, конечно?
- Конечно. На то он и бог брехни.
- Слышите? - Влад вдруг прижал к губам указательный палец. Друзья примолкли. Ничего, кроме тиканья настенных часов и приглушенной музыки из соседнего дома, они не слышали.
- Что? - шепотом спросил Власов.
- Да птицы. Птицы же поют, - так же тихо, точно боясь спугнуть невидимых птиц, произнес Влад.
- Какие птицы? Петухи, что ли? - хохотнул Плахов.
- Петухи не поют, а плачут, - мрачно сказал Кушнир.
- Идите вы со своими петухами! - истерически хохоча, Влад повалился на пол. - Райские птицы поют! Райские! Ой, дурачье вы мое! В "Валгаллу" они пойдут разбираться! Локи они Тюру сдадут! - Дыбенко вытянул перед собой обе руки и начал крутить "фонарики", - Есть приход!
- Налетай, братва! - скомандовал Власов, и все трое набросились на блюдо с "гинунгагапом". Перспектива стать коренным африканцем уже никого не отпугивала...
Приход от "гинунгагапа" был не то что бы зверским, но все же не самым кислым. А главное - все четверо испытали одни и те же ощущения, что бывает довольно редко. И Влад, и Женя, и Слава, и Сергей видели, как наполнилась розовым сиянием комната, слышали чудесные трели птиц, вдыхали ароматы дивных благовоний... Это было похоже на Рай. Но Бога, о котором так много сегодня говорили, в этом Раю не было. Не было никого, кроме Влада, Жени, Славы и Сергея. В глубине души последний был этим разочарован...
- Вот что, братцы-кролики, - сказал он, вдоволь наслушавшись райских птиц. - Давайте догонимся.
- Думаешь, стоит? - Плахов посмотрел на аккуратно разложенные на блюде черные ломтики. - Мы не того... не гинунгагапнемся?
- Слышь, философ, - Сергей пихнул в бок задремавшего Влада. - Мы, это, догнаться хотим. Что бог обмана говорил об этом? Не скопытимся?
- Не должны бы, - Влад почесал в затылке и задумчиво поглядел на блюдо. - Отходняк, правда, зверский будет, но выжить выживем. Слушай, а может, не надо? Растянем на несколько дней?
- Ну его в баню, растягивать! - улыбнулся Власов. - Слабовато вставляет. Подумаешь, пахнет приятно, птички поют... Такой кайф себе и без джанка устроить можно. Давай еще!
Плахов и Кушнир не возражали. Влад, который был единственным в компании "идейным" наркоманом, на этот раз почему-то проявил наибольший скептицизм. Но и он упирался недолго.
- Ладно, хрен с ним, - сказал, махнув рукой, Дыбенко. - Не такие высоты брали, верно?
Он имел в виду имевшую место быть несколько месяцев назад передозировку ЛСД, после которой "великолепная четверка" две с половиной недели страдала от приступов мучительной паранойи.
- Верно, - поняв намек, усмехнулся Власов. - Так что, давайте-ка добьем остаток. И, вот еще что... Предлагаю втирать сей дар бога огня не в вены на руках, а в еще более чувствительные места. Чтобы крепче пробрало.
- Слушай, это ты мощную идею подал! - сказал Слава. - Взяв ломтик "гинунгагапа", музыкант начал втирать его себе в шею.
- Братцы, есть такое место! - крикнул Влад, запихивая пригоршню черной мази себе в штаны. - Там тепло и интересно!
- Фу, извращенец! - Власов несильно стукнул его кулаком в живот. - Вот как надо делать. С умом! - свою порцию он шлепнул себе на лоб.
- Ага, чтоб, значит, прямо в мозг, - прокомментировал Кушнир. - А мы пойдем другим путем, - стянув джемпер и майку, Евгений растер "гинунгагап" по разукрашенному вязью тюремных татуировок торсу.
- Блин, офигенно! - произнес Влад, наблюдая за тем, как по телу друга, переплетаясь с синими ленточками и петлями колючей проволоки, пролегают черные реки вен.
- Так, думаю, надежнее всего будет, - объяснил Женя, нанося остатки мази прямо на лицо. Некоторое время он являл собой поистине жуткое зрелище - не то истекающий черной слизью зомби, не то космический пришелец-людоед. Потом наркотик полностью растворился в крови, и Евгений обрел свой обычный вид. Но Влад, Сергей и Слава не сразу пришли в себя после увиденного. По спине у каждого из них успел прогуляться неприятный холодок...
А еще более неприятным было то, что желаемого действия повторный прием "гинунгагапа" не возымел. "Приход" остался на том же уровне, что и после первого раза. И через пятнадцать минут, и по прошествии получаса, и через час, и спустя полтора...
