Его ботинок просто и изящно опустился на кристалл. Раздался тихий хруст, и осколки стеклянной крошкой рассыпались по полу. По щекам покатились слезы, сердце, разбившееся вдребезги вместе с артефактом, отказывалось биться, воля ослабла. Ведь теперь это означало, что мне нужно его убить. Что он не оставил мне возможности его спасти.
— Он тебе больше ни к чему, — произнес он с холодным равнодушием, что лишь больнее задевало меня. Рвало на куски.
Браниген сделал шаг ближе, окончательно стирая расстояние между нами. Ослабил хватку на запястье и запустил пальцы в мои волосы, запрокидывая голову чуть назад, заставляя подчиниться. До боли знакомые движения, но теперь они были совершенно лишены тепла, являлись, скорее, механическими.
— Не делай этого, — попросила в отчаянии, голос срывался.
Что я могла противопоставить против многовекового опыта и самой могущественной силы из ныне известных? Ровным счетом ничего!
Маг не послушал. Впился в мои губы поцелуем, выбивая почву из-под ног, оставляя на них привкус горечи. И не было в нем никаких чувств, одна лишь жажда. Жажда заполучить остатки Проклятья Смерти. Жажда окончательно отобрать у меня то, что могло стать оружием в его спасении. И холод. Отвратительный, мертвый холод…
Очнулась в какой-то комнате от слепящего солнечного света. Прищурилась, пытаясь привыкнуть к необычному после темноты окружению, и сперва подумала, что мне все приснилось. Все эти ужасы, посмертие, Эльгон, обратившийся в Бранигена, однако суровая мина на лице отца, оказавшегося рядом с моей постелью, развенчала эти призрачные надежды.
— Папа? — растерялась, приподнимаясь на перине и утыкаясь спиной в изголовье кровати.
Находились мы, похоже, в особняке отца. Вот только комната была родительская. Здесь я бывала в последние годы крайне редко.
— Ну наконец-то, — прошептал он. — Сколько нам еще обнаруживать тебя в бессознательном состоянии, чтобы ты, наконец, поняла, что не стоит лезть туда, где тебе не место? — голос прозвучал строго, и я не нашлась, что ответить.
Просто не знала, как оправдываться. Да и не хотелось, если честно.
— Прости, — лишь отозвалась в ответ.
Отец какое-то время молчал и хмурился, ну а я не рисковала нарушать тишину своими расспросами. Понимала, что скорее всего мне попросту не ответят, дабы лишний раз не путалась под ногами.
— Я какое-то время проведу в резиденции короля, — наконец, сообщил отец. — Вы с матерью, сестрами и братом отправляйтесь в столицу. Это наиболее защищенный город. А войну оставь тем, кто в ней хоть что-то понимает.
И с этими жесткими словами, не распинаясь в деталях и подробностях, родитель вышел из моей комнаты, оставляя меня наедине со своими угрызениями совести. Оставленная без артефакта, без сил, удивительно, что я вообще выжила. Предполагалось, что выкачивание магии может лишить меня и жизни, но, похоже, Браниген в этот раз был аккуратен. И это с самого пробуждения не давало мне покоя.
Ведь разве станет тот, в чьих руках сосредоточена такая гигантская мощь, тот, кто способен одним щелчком пальцев лишить жизни целое поселение, оставлять в живых слабую, беспомощную и никчемную девчонку?
Почему-то от осознания того, что в Бранигене все еще может быть сокрыта душа человека, которого я знала, который старался меня оберегать, стало чуточку легче. Появилось стремление продолжать борьбу, двигаться дальше, пытаться что-то изменить или исправить. И теперь я искренне не понимала, почему Эмиса смотрит на меня, словно я совсем свихнулась.
— Ты ведь это не серьезно? — пробормотала она, дотрагиваясь до моего лба. Было непривычно. Первой время хотелось оббежать весь особняк и обнять каждого: родителей, слуг, поваров, садовника, дворецкого. Обнять, потрогать, ущипнуть.
Браниген избавил меня от Проклятья Смерти. Забрал мою силу, сделал обычным человеком, и теперь я могла делать все, что пожелаю. Вот только… без него этого всего уже не хотелось.
— Почему нет? — нахмурилась.
Понимаю, план так себе и скорее похож на очередное самоубийство, но разве у меня имелся выбор. Эльгон сделал бы все, чтобы меня спасти. Так почему не могу попытаться я? Я должна.
— Потому что ты надеешься на чудо! — всплеснула руками старшая сестра. — Именно на чудо, Аль.
Я поднялась из-за стола, на котором были скиданы кучи книг. Перечитать все не удалось, глаза от бессонных ночей уже болели. В особняке мы находились уже второй день, мама распоряжалась насчет последних сборов, и уже завтра нам предстояло отъехать в столицу, а у меня родился безумный план, и я ухватилась за него, как утопающий схватился бы за соломинку.
— Возможно, именно чудо нам и нужно, — помассировала переносицу, после чего устало вздохнула. Мне и за десять лет надоело всем что-то доказывать, сейчас заниматься этим сил не было тем более. — Потому как против бессмертного существа армия короля вряд ли что-либо сумеет противопоставить.
— И тем более не сумеешь ты! — грозно заявила Эмиса.
