– Кузины? – Удивленно повернув лицо к брату, уточнил Седрик.
– Да, я и сам только вчера узнал, кем они приходятся друг другу.
Седрик задумавшись, замолчал, поняв ход его мыслей, Джеймс услужливо пояснил:
– Агнесса мне кузина по матери, а Бренда по отцу.
Седрик облегченно вздохнул, возможность родства Агнессы с его невестой в первую минуту его просто шокировала, бросив косой взгляд в сторону брата, равнодушно заметил:
– Говоришь не задумываясь? Не скромничай, уверен, ты все хорошо обдумал, просто тебе в очередной раз не повезло. Раньше ты хотя бы прятался за спинами своих воинов, теперь пытаешься укрыться за женской?
Лицо Джеймса от досады вытянулось, ему не удалось насладиться ожидаемым эффектом.
Ухмыляясь, Седрик подошел ближе, присев прямо напротив Джеймса устремил на него гипнотизирующий взгляд, с минуту помолчав, как бы нехотя пояснил:
– Рано или поздно за свои поступки приходится отвечать, как видно, пришло твое время.
Джеймс опустил глаза на стол, с сожалением поглядывая на кружки в которых было налито вино, которое он со своими воинами так и не успели допить.
– Не совсем понимаю, о чем ты говоришь?
– Брось. – Поморщился рыцарь – Все хорошо понимаешь. Не хватило духу еще раз встретиться со мной в честном бою, и, как разбойник, решил напасть на спящих?
– По мне все средства для достижения цели хороши.
– Ага, – Презрительно кивнул Седрик – Я это уже слышал, только хочу напомнить, подобные действия ни в коей мере не допустимы для рыцаря, ведь ты же, к сожалению, им считаешься. Думаю, не станешь возражать, что наши с тобой отношения должны быть выяснены до конца…
– Каким образом?
Седрик насмешливо скривился, изящным движением разведя руки в сторону с издевкой в голосе, пояснил:
– Как и положено рыцарям с мечом в руках.
– Не вижу смысла, я у вас в плену.
– Это вовсе не освобождает тебя от расплаты за содеянное.
– Ты о чем?
– А ты уже забыл? Ну что ж напомню, ты убил моих воинов, взял нас в плен, заметь, я прощаю тебе хамское отношение к нам, потому что в силу своего воспитания ты даже не имеешь представления о нормах поведения с пленными, а к тому, к перечисленному хочу добавить последнее и самое главное: ты принуждал мою невесту выйти за тебя замуж. – Седрик не хорошо улыбнулся, от чего у Джеймса внутри все словно оборвалось. – А вот этого я уж точно не могу простить. – Последние слова он произнес со страшной серьезностью так веско, что Джеймс окончательно понял, на какую-либо пощаду рассчитывать теперь уже точно не придется.
– Ну, только до тех пор, пока не узнал, что ты уже спал с ней.
Седрик улыбнулся одними губами, глаза же его по-прежнему своим немигающим взглядом буквально замораживали собеседника.
– Тебя оказалось совсем не сложно провести.
Джеймс сокрушенно развел руки в стороны:
– Ты не прав, зная твою репутацию, не приходилось сомневаться, а воспитывать твоего ублюдка у меня не было ни малейшего желания.
Их разговор со стороны был похож на дружескую беседу давно не видевших друг друга приятелей, оба время от времени улыбались и говорили довольно спокойными голосами, не большой любитель долгих рассуждений Уэйкфилд не выдержав их затянувшегося диалога не церемонясь, перебил:
– Захватив этот замок, ты убил многих жителей и оскорбил леди Ингрид.
– На твоем месте стоило бы поблагодарить меня, у самого то тебя не хватило духу рассчитаться с ними. К тому же я действовал не от своего имени, эти саксонские свиньи были предателями, и принц Джон лично приказал мне их проучить. Так что здесь ко мне не может быть никаких претензий. А эту сумасшедшую шлюху жалею, что не убил сразу, от нее все равно не было толку, она оказалась такой холодной в постели.
Со скоростью выпущенной стрелы Уэйкфилд резко перегнувшись через стол, нанес точный удар в челюсть обидчика, Джеймс вместе со стулом опрокинулся на пол, по залу разнесся гулкий звук. Все присутствующие с невозмутимым видом наблюдали за происходящим, ни у кого и в мыслях не возникло остановить разъяренного рыцаря, но тот, сделав свое дело с самым непринужденным образом, спокойно уселся на свое место, при этом к тому же вольготно развалившись. Седрик встретившись с обезумевшими от боли и неожиданности глазами Джеймса, брезгливо поморщившись, опять грациозно раскинул руки в стороны:
– В отличие от меня он не любит долго говорить, это мы с тобой уже привыкли друг к другу. – Повернувшись к Уэйкфилд, вежливо пояснил – С ним надо поаккуратней у него голова плохо держится, в любую минуту может отвалиться, как же мы тогда будем с ним биться. – И тут же приказал – Сядь. Ты наверно и сам уже понял, что тебя ждет?
Джеймс, сидя на полу, продолжал тыльной стороной руки размазывать по лицу кровь.
– И как же будете убивать меня, все вместе?
Седрик презрительно скривился, ответив предельно жестким голосом:
– Как всегда судишь по себе? Это будет честный бой только ты и я.
