Ян Сикоревич. Мелина Боярова
Раскаленный шар полуденного солнца выжигал все, что попадалось ему на пути. Своими безжалостными лучами-палачами он испепелял мир в доступном ему пространстве. И казалось, что если бы солнечные лучи могли не только переотражаться в зеркальной поверхности воды, а и изгибаться, подобно гигантским змеям, проникая в самые заповедные, сокровенные и потаенные места (под крыши домов, тенты, всевозможные укрытия и щели), то этот день был бы последним на земле. Но даже и у такого могущественного образования природы, как солнце, была своя обида на создателя. Тот отнял у него часть открытого пространства, где солнце по идее должно было быть полновластным хозяином. Это была тень. Если перевести это на человеческий язык, то солнце никогда не могло посмотреть тени в лицо. Она всегда скрывалась за тем, кто был его жертвой. Страдалец отпускал за собой тень. Почему же тень не является защитником? Почему же так странно устроен мир, почему часто то, что должно защищать живое существо, само прячется за спину? Нет, тень — это не сила, это не укрытие. Это боль всего живого, это мука и страдание, которые сами ищут покровительства. Странно — боль нуждается в защите? Люди часто стесняются тени, которую они отбрасывают. Люди думают, что это всего лишь тень, которая обволакивает их контуры Они не понимают, что тень — это их боль, а ее не приукрасишь никакими изощренными костюмами, платьями и безделушками. Она такая, как есть. Это наказание за все, что человек сделал не так в жизни. Каждый человек отбрасывает кроме видимой тени еще и невидимую, состоящую из страдания. И чем дольше живет человек, чем длиннее его жизненный день, чем он старше, тем длиннее тень страданий тащится за ним по пятам. Потому что солнце его жизни садится вcе ниже и ниже, а тень прожитых лет все длиннее.
Эта книга о любви и страдании, которые переходят одно в другое, как игра света в волнах моря или зыби от ветра в маленьком озерце. Где это случается, не играет роли. И эти переходы любви в страдание порождают иногда раковую опухоль души — ненависть. Человек может прожить жизнь, как камыш, в излучине маленькой реки, лишь иногда затапливаться половодьем да и то лишь раз в году. А может человек и прожить щепкой унесенной в океан и вся его жизнь будет тогда борьба со стихией, когда одни штормы сменяют другие и некогда поднять голову от неприятностей, которые ураганами проносятся над ним. Они заливают его душу страданием и неприятностями, постоянными препятствиями, когда уже руки опускаются и хочется уйти камнем на дно. И в конце жизни душа превращается в обкатанный волнами камешек, выброшенный прибоем на берег. Да, уже нет острых углов, сглажены прощением и временем противоречия, душа приспособилась, ей уже ничего не страшно. Но время ее закончилась. Камешек души выброшен шипящей волной прибоя на берег. Все что ему остается — это пена воспоминаний.
Так уже устроен мир, что за все приходится платить. Но самую большую плату люди приносят за любовь. И денежные купюры тут не принимаются. О если бы можно было заплатить за высокую любовь деньгами! Но суррогат продажной любви только издевательски подчеркивает эту истину. За настоящую любовь люди платят страданием. И чем сильнее чувство, чем ярче эта обманчивая звезда, которая влечет за собой (да вы догадались — мечта) тем дороже приходится платить. То есть страдать. Это непреложный факт. Если со мной не согласны, то давайте поспорим. Вот вы мне скажете: «A как же те, кто в любви и заботе друг о друге прожили длинную жизнь, наполненную счастьем?». «А я вам скажу: — пусть и так». В этом факте я с вами соглашусь. Но! Наступает час расплаты за любовь — смерть вырывает одного из этого, казалось бы, счастливого, вечного круга. И чем сильнее была любовь, тем сильнее страдание того, кто остался на земле. Он теперь один.
