Ненавижу, когда переходят на личности. Я же не прохожусь на тему его полноватой фигуры, некрасивых усов и лысого озерца на макушке.
— Что вы, — робко проговорила я, — я питаюсь исключительно мозгами, вам нечего опасаться.
Где-то рядом кашлянул мертвецки побледневший Никлас.
А господин Лаулес не понял ни словечка, отошел с видом праведного жреца.
— Нам пора, — оповестил глава тайной канцелярии, вскидывая подбородок и вновь посмотрев на меня, — и вам, Лав-ли, пора. Вы же не хотите оставить госпожу без внимания? К ним через минуту поднимется принц и будет готов принимать подарки от невест.
— Подарки? — испуганно заерзала фамильяр на плече. — Он сказал подарки? А мы с Катриной ничего не подготовили.
Лишь позже я узнала, что есть традиция в королевских отборах, она необязательная, ее не афишируют, но те, кто интересуется историей, в курсе, что кандидатки на роль будущих правительниц привозят с собой какие-то дары принцу. За отсутствие подношения ругать не будут, но репутация у девушки испортится. Да и видно, как серьезно она отнеслась к отбору.
Черт, мы влипли.
Рванув по лестнице, я вернулась к юной леди Ревэйн, которую, кажется, успели известить об этом событии. Она рвала и метала, но на мне не срывалась. По-настоящему вина моя, я обязана была выяснить все нюансы отбора. Сказывался недостаток в образовании, в разнице менталитетов и в воспитании. До сих пор считаю, что это Его Высочество должен всем дарить подарки.
— Лавли, и что делать? — запаниковала Катрина. — У меня ничего нет. Сейчас придет принц, и я могу подарить исключительно себя.
— С этим торопиться не будем, — остановила ее энтузиазм, — тут каждая на это готова, прибережем до финала.
— А что? — волновалась подруга.
Я понятия не имела. Снова вышла ведьма Андрея, представляя всем невестам цель будущей брачной охоты.
Молодой принц, которого звали Дэниэл Роял, скромно повторил свое имя, хотя оно было всем известно, выступил вперед, сказал несколько слов девушкам, а потом, как само собой разумеющееся, к нему начали подходить девицы.
С каждой секундой, с каждой новой претенденткой, Катрина теряла самообладание. Но...
Мне вдруг почудилось, показалось... Я вобрала в легкие побольше воздуха, распознавая сильный, дурманящий аромат приворотного зелья.
Вампирша дарила Его Высочеству дорогой и редкий шоколад в красивой упаковке. Понятно, она темная, шансов мало, практически никаких.
— Не принимайте его, — громко пискнула я. — Там любовное зелье!
Все притихли, ища глазами наглеца, кто прервал ритуал. А я, пока все терялись и шептались, вытолкнула в центр Катрину.
Слава богам, что девушка умела вести себя при любой ситуации.
— Ваше Высочество, — поклонилась моя Катрина, — не принимайте подношение. Там не яд, конечно, — она мило зарделась, но вы же не хотите случайно выпить приворотное зелье?
— Вы так уверены? — прищурился Дэниэл Роялс.
Леди Ревэйн обернулась на меня, и я кивнула. Получив поддержку, голос ее стал крепче.
— Да, уверена. Отдайте его магам на изучение.
— Да что за чушь ты несешь? — ощетинилась вампирша. — Что бы я? Это же как отравление...
Но принца, видно, восхитила храбрость моей подопечной. Он щелкнул пальцами, подзывая Ройса. К нему шагнул глава тайной канцелярии, забрал конфеты, отвернулся, проводя над ними какие-то манипуляции.
Я примерно представляла, какие, и подивилась образованности мага. А он умен... и силен. Я вот так не могла, мне требовалось разделить еду на составляющие или хотя бы попробовать ее на вкус. Меня всегда выручал дар. С другой стороны, чему тут удивляться. Он заведует тайными делами, расследует преступления. Было бы странно, если бы при дворе служило два идиота. Везде должна быть мера.
Господин Воккер вернулся к Его Высочеству, что-то проговорил.
— Взять ее, — устало приказал наследник Эльхалии, показывая на брюнетку-кровопийку, — отвести в покои, а утром отправить к родителям. Все сведения донести до моего отца.
Бедная девушка, она задергалась в руках стражи.
— Меня оболгали, Ваше Высочество, меня подставили.
Но он на нее и не посмотрел, все внимание захватила Катрина.
— Леди Ревэйн, откуда такие познания? — спросил он, но с явным обожанием.
Если честно, еще в момент его представления, когда ему называли имена девушек, я заметила, как он косился на мою подругу. Катрина была хороша собой, по-моему, не справедливому мнению, она была краше всех, даже драконицы, о чьей внешности слагали песни.
— Будем считать, — облизнула губы Катрина, — что это мой дар вам. Я не позволю, чтобы вас кто-то опоил, согласны?
И флиртовать она умела.
— Согласен, это самый ценный подарок, — поддержал ее манеру кокетничать Его Высочество. — Но с главой тайной канцелярии поделитесь?
— Поделюсь.
Меня не обрадовал ее ответ, но я разумно решила, что будем справляться с проблемами по мере их появления. Наследник ей и запонку свою подарил на прощание.
Катрина встала на место, и пунцовый румянец с ее щек долго не проходил.
— Боги, Лавли, — шепотом призналась она, — я думала, умру от страха.
— От страха не умрешь, — пролезла мой фамильяр, — а от зависти и ненависти вполне.