– Себе оставлю на память, – пробурчала я, поскольку ожидание было очень томительным, и за это время я утратила пыл сыщика и следопыта. Мне вдруг показалось совершенно безумной идея этой встречи. Что я могла сказать и что я могла спросить? Ничего. Когда я понимала, что фактов у меня мало, я, как и всякая женщина, полагалась на эмоции и импровизацию. Но теперь, после того как я довольно долго искала дом, а потом еще и ждала пропуск, я почувствовала неуверенность.
Поднявшись на лифте на третий этаж, я поискала нужную дверь и, не найдя ее, пошла по лестнице пешком на четвертый. Только там я сообразила, что надо было заглянуть в маленький коридорчик, который ответвлялся в конце большого. Видимо, вел к бывшему черному ходу. Я вернулась на третий этаж, опять пробежала длинный коридор и наконец вошла в большой кабинет. Меня встретил взрыв хохота.
– Добрый день, – вежливо поздоровалась я, хотя хохот меня немного смутил.
– Здравствуйте, здравствуйте. – Навстречу мне поднялся мужчина лет сорока, очень приятной наружности. У него были румяные щеки, большой прямой нос и светлые волосы. Волосы были чуть длиннее, чем обычно носят мужчины, но это не выглядело небрежно. Это, скорее, могло сойти за позицию: «Я могу себе это позволить, я человек свободных взглядов, творческой профессии и не обременен должностными инструкциями!» Кроме хозяина кабинета в комнате находились три девушки, которые в момент моего появления и рассмеялись. Я сделала вид, что ко мне их смех не имеет никакого отношения.
– Добрый день! Вы Анастасия? – улыбнулся мужчина. – Простите, мы тут анекдоты рассказываем.
Я на мгновение растерялась, но, поборов неловкость, спросила:
– Неприличные?
– Нет, смешные, – улыбнулся мужчина. – Вернее, остроумные.
– Это хорошо. – Я одобрительно кивнула.
Девушки оценили мою иронию, которую я и не пыталась скрыть, и снова засмеялись.
– Вы представляете, нет возможности работать! Ну никакой! Как только пришлют практиканток с журфака, так вся работа побоку. Они только и делают, что смеются.
Я внимательнее рассмотрела этих практиканток. Обе были хорошенькими блондинками с длинными прямыми волосами, худенькие, в коротких платьях и высоких сапогах. Они были похожи больше на манекенщиц, чем на студенток.
– Мы уходим! Не будем вам мешать. Мы в кафешке на углу! Приходите! – прокричала одна из них, и приятельницы снова рассмеялись.
– Вы нам не помешаете, у меня нет никаких секретов, – уверенно сказала я, хотя и испытала облегчение. Наедине непросто объясниться, а уж в присутствии других – и вовсе проблема.
Длинноногие девушки ленивыми цаплями покинули кабинет.
– Уф, вы меня спасли, – улыбнулся Поспелов Геннадий Петрович.
– Вы мой должник, – не растерялась я и с ходу пустилась в объяснения. Мне важно было не потерять кураж, который я внезапно опять ощутила.
– Ну, будем считать, что так, – покачал головой Поспелов.
– Геннадий Петрович, я читала вашу рецензию на книжные новинки.
– Это какую из рецензий? Я ведь делаю обзор раз в месяц.
– Публикация двухмесячной давности.
– А, – кивнул Поспелов, – помню. Но это был обзор новинок, это была рецензия на несколько книг, насколько я помню.
– Мне вообще нравится ваша газета, – бойко соврала я. – А страницу о литературе я читаю особенно внимательно.
– Неужели? – удивился Поспелов.
– Это как бы ориентир в мире книжных новинок, – пояснила я. – Вкусу вашей газеты можно доверять. А так иногда купишь что-нибудь, а читать невозможно.
– Это верно, барахла много печатают.
– Ну вот… – Я сглотнула ком, который от волнения встал у меня в горле. – А вот в этой статье вы рассказываете о книжке «Бог улыбается».
– И что? Вы не против – я закурю?
– Нет, конечно, – кивнула я.
Поспелов долго и старательно раскуривал трубку. В комнате запахло то ли фиалками, то ли лилиями, причем этот цветочный аромат имел яркие древесные нотки.
– Ну так чем вас заинтересовала именно эта книга?
Я покраснела – в самом вопросе мне послышался подвох.
– Меня заинтересовал автор… А найти о ней я ничего не смогла.
Поспелов пожал плечами:
– Ну, может, еще недостаточно много о ней написали. В конце концов, это ее первый успех. Настоящий. Подождите, вот напишет она еще что-то подобное, тогда и знакомиться можно будет, а пока… Пока рано, поверьте мне.
– Я вам верю. Поэтому и нашла вас. Но меня так тронула эта книга… – Я подумала, что в этом месте надо бы заплакать, но плакать у меня никогда не получалось. Вообще и никогда.
– Впервые вижу читательницу, которая была бы так упорна в своем желании поговорить об авторе или просто что-то разузнать о нем. – Поспелов развел руками. – Она еще не классик.
– Но ведь книга идет нарасхват! Вы посмотрите, что в магазинах делается!
– Ну и что! Кстати, очень может быть, что это случайность, минутная востребованность. Есть опасение, что через два года о ней никто не вспомнит.
– А если она напишет еще один роман? Который будет интересней, чем этот?
– Может быть, может быть. – Поспелов взмахнул трубкой, и в комнате еще сильнее запахло ароматным деревом.
